Попаданка в академии драконов 3

Так можно к тебе присоединиться?

— Да, конечно.

— И… мне бы чая с печеньем.

Когда возвращаюсь с бумагой, грифелями и чернилами с перьями, чай и печенье уже ждут. На последние буквально набрасываюсь, слушая рассказ Ники о том, какой переполох вызвало моё возвращение в академию. Многие удивлены моим поступком, часть надеется подружиться или попасть в личную гвардию, отбор в которую пройдёт позже. Рассказывает Ника об усиленных мерах безопасности, о допросах, которые проводят офицеры ИСБ и Геринх в их числе. Обо всём, кроме отношений с Валарионом.

И мне становится жутко стыдно, что сегодня я не помогла ему сюда попасть.

— А как обстоят дела с Валарионом? — осторожно уточняю я.

Прикусив губу, Ника вздыхает и разводит руками:

— Неопределённо. Встречаемся иногда в библиотеке, но, сама понимаешь, там слишком много существ.

— Может, будете приходить ко мне в гости? Конечно, придётся проходить досмотр у охраны, но я обещаю выделить вам небольшую гостиную и не мешать. Если захотите, конечно. Понятно, что ваши визиты заметят, но их можно списать на мой каприз.

В радужках Ники снова вспыхивает красный свет, а лицо светлеет:

— Можешь… правда?

— С радостью.

* * *То, что в процессе рисования подпеваю под нос, осознаю не сразу. Вроде просто мысленно повторяла заклинание призыва, и вдруг ловлю себя на том, что непонятные ритмичные слова звучат в голове под напеваемую мелодию. Незнакомую. Получается, я непроизвольно подбираю тот ритм, под который придётся читать заклинание?

Эти размышления отвлекают меня от эскиза со звёздами и пламенем.

В голове раздаётся мягкий голос Арендара: «Ты так мило выглядишь, когда рисуешь. Мило и беззащитно».

Получается, он какое-то время за мной наблюдал? К щекам приливает кровь, и Ника тут же оборачивается.

— Мне пора, — убрав листы в папку, собираю письменные принадлежности.

— Не за что. Хорошего вечера, — в улыбке Ники сквозит лукавство.

Из её комнаты я попадаю в объятия Арендара. Он сразу целует, и я беспомощно трепыхаюсь, пытаясь не уронить грифели с перьями-чернилами и папку эскизов. О своей проблеме приходится заявить жалобным мычанием.

Арендар, отстранившись, всматривается в моё лицо пылающими золотыми глазами, и в следующий миг вырванные из рук письменные принадлежности и папка летят в сторону.