Изменники Рима

Ноздри Вологеза на мгновение сердито раздулись, прежде чем он заговорил снова более спокойным тоном. - Какие еще условия предлагает нам твой командующий?

- Не более чем обычные формальности, Ваше Величество.

- И какие же?

Катон собрался с духом, прежде чем ответить. - Это обычай, что Рим никогда не просит мира, но дает его. Опять же, это вопрос формы, Ваше Величество, а не содержания.

- Продолжай. Что еще?

- Обмен заложниками и символическая уплата дани.

- Какую дань Рим может позволить мне заплатить, чего у меня еще нет? - спросил Вологез, и многие из его придворных слегка улыбнулись или посмеялись над его резким комментарием, прежде чем он продолжил: - Я предполагаю, что именно это ты имел ввиду, так как ты же не ждешь, что Парфия заплатит дань вам, римским выскочкам?

Катон нервно сглотнул.

– Условия моего командующего в том, что Парфия должна заплатить дань, Ваше Величество.

Последний смех утих, и Катон опасался, что его хозяин разозлится из-за такого высокомерия. Вместо этого Вологез смотрел на него спокойно.

- Трибун, прости меня, но похоже, что твое посольство – не более чем пустой жест. С тобой прислали условия, которые, должно быть, твой полководец заранее ожидал, окажутся неприемлемыми. Циник может усомниться в мотивах его поступка. Неужели Корбулон надеется заманить меня на переговоры, которые он не собирается почитать ради того, чтобы выиграть немного времени и посеять раскол между Парфией и ее союзниками? Или он знал, что я категорически отвергну его условия, как я это делаю сейчас, и есть еще одна цель, с которой тебя послали глубоко в Парфию? Он снова наклонился вперед и указал пальцем на Катона.

– Что ты скажешь?

- Меня послали с посольской миссией, Ваше Величество. Это правда, клянусь честью.

- Клянусь честью, - холодно повторил Вологез. Он повернулся к Рамалану и указал на помост прямо перед своими ногами. - Принеси этот сундук сюда.

Капитан поклонился и поспешил в конец зала. Катон почувствовал ледяное покалывание в шее.

У него возникло искушение бросить вопросительный взгляд на Аполлония, но царь смотрел прямо на него, и он не осмеливался действовать так, чтобы это могло показаться подозрительным. Рамалан вернулся с двумя мужчинами, несущими сундук, в который было помещено оружие и личные вещи людей из посольства. Они поставили его перед троном и низко поклонились, отступая от своего повелителя.

- Узнаешь этот сундук? - спросил Вологез Катона.

- Да, Ваше Величество.