Измена. Сбежать от мужа (СИ)

Нужный дом оказался довольно старым, но очень красивым. Раньше в таких селили академиков и ученых. Это было шестиэтажное здание с высокими потолками, широкими лестницами и лепниной на фасаде.

Огромные окна выходили на набережную, и вид был потрясающим.

Живя здесь, впору почувствовать себя очень важной персоной.

Но мне было мало дела до местных красот. Хотелось принять горячую ванну и заснуть часов на двадцать, чтобы успокоить растрёпанные нервы. Слишком многое на меня свалилось за эти пару дней.

Мы поднялись на третий этаж.

Катя отперла замок в массивной железной двери и пригласила меня внутрь.

Квартира, что странно, оказалась небольшой. Две комнаты, одна из которых была маленькой кухней, а вторая гостиной — она же спальня с раскладным диваном и столом. Но всё необходимое для жизни имелось.

Ремонт тоже выглядел приятно свежим. Выкрашенные в светло-бежевый стены, песочного цвета ламинат, светлая мебель.

— Мы думали сдавать, и приготовили всё для жильцов, — пояснила Катя.

Однако, стоило мне заикнуться об оплате, как на ее лице нарисовалась вселенская обида. Пришлось опустить эту тему до поры.

Подруга осталась со мной на ночь, и за это я тоже была ей безумно благодарна.

— Всё будет хорошо, — уверяла она чуть позже, когда мы улеглись на тесный диван, — представь, что просто избавилась от балласта. Теперь у тебя будет новая жизнь, и всё наладится.

Я не могла не согласиться.

11

Ночь прошла незаметно, а позднее утро встретило прохладой с ароматом свежей арабики.

Отопление запаздывало, хотя в конце октября уже пора бы появиться. И потому я не спешила вылезать из-под пледа, сладко нежась в его теплых объятиях.

Но солнце, пробивающееся сквозь неплотно задернутые шторы вынуждало открыть глаза.

Я далеко не сразу поняла, где нахожусь.

Как это обычно бывает, за ночь произошла перезагрузка сознания.

Улыбнувшись, я сладко потянулась, представляя себе Марка в одних пижамных штанах, который готовил нам завтрак, насвистывая себе под нос.

А потом глаза открылись, я увидела интерьер незнакомой комнаты и всё вспомнила. Улыбка тут же увяла, а в душу вернулась горькая тяжесть, поселившаяся там за предыдущие дни.

Не будет больше никакого Марка.