Измена: B-52 (СИ)

Есть здесь какой-то намек, но я не улавливаю сути, да и не пытаюсь, если честно. Мне плевать. Я ведь действительно хочу быть здесь: стоило опуститься на сидение, как чувства наполнили душу до краев. Я вдруг вспомнил себя в восемнадцать, когда мы с Катей ночами напролет занимались сексом на моем старом диване. Вспомнил, как гуляли у нее на районе, и, черт возьми, я вспомнил, какого это, когда на тебя смотрят так, как она смотрит сейчас: с желанием, с тягой и огнем. С Мариной все давно не так. Яркие чувства остались в прошлом, им на замену пришла ""спокойная Гавань"", а мне не хватает остроты.

- Может тебя подвести куда-нибудь? - спрашиваю, когда спустя два с половиной часа мы поднимаемся, чтобы покинуть место встречи, Катя улыбается.

- Давай, если тебе несложно.

- Я на крытой парковке встал.

- Пошли.

Идем в тишине, но она не давит, а будто распаляет. Каждая секунда — это новая порция дров в наш костер и наше напряжение. Оно буквально в воздухе витает и копится, а стоит подойти к моей машине — взрывается. Я резко хватаю ее за бедра и прижимаю к пассажирской двери, целую. Страстно, горячо, она отзывается в миг, загорает, как спичка, запуская пальчики с острыми ногтями мне под футболку, потом тянет за ремень. Я понимаю, что не выдержу больше и секунды, поэтому открываю заднюю дверь и смотрю на нее, предлагаю.

Это происходит прямо там. На парковке. Средь бела дня. А мне плевать. Я быстро стягиваю ее платье, она расстегивает мой ремень. Черт, у нее классная грудь, большая, с острыми, дерзкими сосками, а белье — просто мечта. Настолько оно красиво, что я хочу видеть его и не снимаю полностью, лишь немного приспускаю вниз, и заворожено смотрю, как она забирается на меня сверху.

- Ты красивая... - шепчу, она кивает.

- Тогда покажи насколько я тебе на самом деле нравлюсь.

И я показываю. Вхожу в нее до упора и откидываю голову назад, Катя вторит. Мне плевать сейчас на все: и на жену, которой я поклялся в верности, и на глупую игрушку, которая болтается на зеркале заднего вида и пытается изо всех сил мне о ней напомнить.

Теперь

Катя выходит из душа в полотенце и улыбается.