Изгой. Кровь и пламя

Погрузились всем скопом на несколько больших кораблей и отплыли навстречу новой судьбе… спустя два дня после их отбытия забушевал немыслимый шторм, огромные волны захлестывали берег, над пенной водой плыл густой серый туман… еще через неделю, когда установилась ясная погода, другие суда, идущие схожим курсом, наткнулись на многочисленные обломки, плавающие на воде… нашлось и несколько гномьих трупов, каким-то чудом запутавшихся в обрывках снастей – среди них и глава рода, и оба его сына, причем один из сыновей без головы – скорей всего, рыба какая откусила, ибо труп верхней частью был погружен в воду…"

"Так вот и случилось, что почти два века назад некогда богатый гномий род Медерубов был полностью изничтожен суровой непогодой – не иначе как разгневали чем-то Отца: так заключили мудрые старцы, чьи бороды давно начали каменеть, а длиной были такой, что стелились по земле.

Но рассуждения остались рассуждениями. Но не забыли почтить погибших отменной тризной, многократно вздымались полные каменные чаши, пелись скорбные песни и эхо металось в подземных чертогах, добавляя свой плач ко всеобщему горю. А потом все забылось, поросло плесенью забвения, ибо годы неустанно бежали вперед, и вскоре род Медерубов вспоминался лишь изредка, когда рассказывались истории о минувших временах и исчезнувших родах….

Выслушав сбивчивый рассказ донельзя взбудораженного Тиксы, я лишь головой в изумлении неподдельном покачал. Тут не требовалось быть мудрецом, чтобы сложить увиденное и услышанное воедино, а затем взглянуть на получившуюся картину со стороны.

Если тебе требуется вырубить из твердейшего гранита множество огромнейших каменных блоков, то кто справится с этой немыслимо тяжкой работой быстрее и лучше всех? Ответ прост – гномы!

Нет никого лучше них в сем деле.

Дальше еще проще – подобных работников можно нанять за крайне высокую плату, но при этом трудно станет соблюдать тайну, – а дело, несомненно, тайное, коли все происходит в надежно отгороженных и опасных Диких Землях. Посему проще раздобыть не работников, а рабов. И дешевле и никаких побывок дома, ни малейшего опасения, что тайна вырвется наружу и достигнет чужих ушей.