Изгой

– Встречаемся через пятнадцать минут внизу, я уже въезжаю в город, – сказал лейтенант, – постарайся не опаздывать. Служба контроля Кейптауна сливается с нашей, так что наше сотрудничество заканчивается.

– А как же Шайн?

– Никуда не денется, эта Суарес сказала, что сталкивалась с ними много лет назад, то, что существует так давно, за один день не исчезнет. И, Веласкес, я рад, что мы поработали вместе.

Павел промолчал; Краузе, по его мнению, совсем плохим человеком не был, а вот Служба, в которой он работал, вызывала отвращение еще с приютского детства.

Цели у этой организации были благие, и методы – правильные, если смотреть со стороны общества, а вот со стороны магов это выглядело так себе.

Он спустился ровно через пятнадцать минут, пикап стоял возле крыльца, а в его кузов лейтенант и Волкова грузили видавший виды мотоцикл.

– Детектив едет с нами. – Краузе проверил крепления, распахнул заднюю дверь.

– С чего бы это? – Павел остановился на полпути.

– Байк сломался, – не моргнув глазом соврала Настя, – мистер Краузе любезно согласился подбросить меня до Майска.

– Мы едем в Майск?

– В столицу сейчас лучше не соваться, шоссе может быть перекрыто. – Лейтенант отобрал у Павла сумку, закинул на заднее сиденье и сам залез туда же. – Детектив Волкова за рулем, я с вечера на стимуляторах, отключусь на полчаса.

И демонстративно зевнул.

Майск вполне Павла устраивал – адвокат Ломакс прислал несколько сообщений, в них была фотография девушки, которую он знал под именем Клэр Биркин, и которая вот уже несколько дней, по данным полиции, была мертва.

Адвокат приложил рапорт об осмотре его дома, с подписью лейтенанта Марка Эскобара, с коротким перечнем улик. Одна из них вела прямо к этой девушке: сережка, которую он нашел на столике и оставил в кармане джинсов, совпадала с точно такой же, найденной на трупе. Ломакс утверждал, что полиция никак не может его привязать к убийству, алиби Веласкеса подтвердили дорожные детекторы и свидетели, а момент прыжка девушки из окна был заснят уличными камерами. Мертвая лжедокторша выглядела умиротворенно, полиция не собиралась его, Павла, арестовывать, и все равно Веласкес чувствовал себя виноватым. Но гораздо хуже было то, что в доме нашли двести пятьдесят тысяч реалов пластиком; что это за деньги и откуда они взялись, Павел понятия не имел. Значит, кто-то забрался в его квартиру, чтобы подложить их, и теперь у него точно будут проблемы с Карповым, наверняка его люди уже ищут мага.