Изгой

 – Во-первых, с налета такие вещи не делаются. Нужна тщательная подготовка. Во-вторых, нам нет смысла привлекать тебя в роли бойца. Ты нам гораздо полезнее на своем месте – на легальном положении.

– В общем, расслабься, – резюмировал я. – Сам подумай, на фига нам еще один изгой? Мы тебя будем беречь и лелеять, и никогда не подставим.

– Да, я понял... – Леха преисполнился благодарности и начал потихоньку розоветь. – Вы не думайте, я – ничего такого... Если надо – я всегда... Я готов...

– Лен, сними общагу, да поедем к стройке, – Федя жестом остановил Лехин порыв внепланового благородства.

Ленка послушно кивнула, взяла камеру и вышла из машины.

Ну вот, видите – может же, когда надо. Выпустила пар, погрызла всех подряд, а теперь притихла – подчиняется.

Федя рулит.

Необычная ситуация – сейчас мы работаем не по Ленкиной инициативе, а скорее вопреки. Ленку вроде бы никто и не спрашивал, согласна или нет, но она не идет против коллектива, ведет себя покладисто.

Ленка за минуту отсняла все нужные ракурсы, Федя уточнил, куда выходят окна «дежурки», сделал пометку на схеме, и мы поехали к стройке."

"Судя по ряду деталей, здесь ваяли какое-то предприятие с огромными цехами и складской базой. Ваяли, да не доваяли – наверное, кризис подкосил, за километр было понятно, что все здесь встало надежно и надолго – а может, навсегда.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что стройка вовсю функционирует, но не в первоначальном аспекте, а в качестве пейнтбольного полигона.

Вместо ворот был жиденький шлагбаум, застывший в вечном салюте, во дворе с десяток легковых машин – из распахнутой двери ультрамаринового джипа вовсю наддавали басы какого-то безымянного дешевенького «техно».

С верхних этажей недостроенного корпуса доносились азартные вопли, кто-то резаным свином визжал: «Убит! Убит!! Убит!!!», а на крыше вагончика-бытовки пожилой хлопкороб с недовольным морщинистым лицом настраивал самопальную телевизионную антенну из радиаторных решеток.

Дождавшись счастливого завершения мануального тюнинга каналов, мы отвели хлопкороба за «ворота» – больно здесь музыка громко играла – и накоротке пообщались.

Как и следовало ожидать, это был местный сторож, безвылазно живущий в вагончике вот уже третий год. Сторож оказался неожиданно интеллигентным и едва ли не идеально русскоговорящим.