Изгой

– Вперед!

Юнги посыпались в люк, я – за ними, застегиваясь на ходу, Ленка толкала меня в спину и шипела рассерженной змеей:

– Шевелись! Шевелись!! Шевелись!!!

Да шевелился я, шевелился – только ноги были словно ватные, и оттого, возможно, я двигался медленно. А может, Ленке казалось, что медленно: от Ромы я не отставал, мы дрессированными крысами неслись по лазу, на ощупь отмечая каждый изгиб – треть, половина, финиш!

В сарае никого не было, спасибо амбарному замку, а вот рядышком, в дровянике, кто-то вовсю палил из автоматов, при этом азартно вопя; грохот стоял такой, что закладывало уши.

Федя вынырнул последним, пинками запихал нас в машину – мы не посмели встать, как вылезли, так и плюхнулись на пол, казалось, что стреляют точно по нам.

– Не заводи пока! – прорычал Федя в ухо Ленке. – Не заводи, поняла?

– Да-да, поняла!

Федя бросился к задней стене, несколько секунд возился с тросами, затем вернулся к машине: выгнав меня на свое «командирское» место, он сел сзади, слева по ходу движения, и скомандовал:

– Поехали.

Ленка завела двигатель и плавно тронула машину с места. Толкнув хитрую стену, мы вывалились в переулок.

– А теперь – ходу!

«Фольксваген» наддал и рванул прочь про переулку, унося нас в ночную мглу: без фар, под вспышки выстрелов – Федя, высунувшись в окно, вел беглый «прикрывающий» огонь по тем, кто засел у сарая.

* * *– Маршрут?

– Номер два.

– Ясно."

"Проскочили без фар мимо самосвала – его тут вечерком ставят, на самом въезде. Проулок узкий, если не знамши попрешься, обязательно впишешься в железный борт.

Вырулили из проулка на шоссе, Ленка втопила до упора: вот она, воля!

Неужто удрали?!

– Как вы? – уточнил Федя.

Все целы, никого не зацепило, даже осколками стекла никто не поранился.

– Идиоты!!! – я истерично хихикнул и начал потихоньку отмерзать.

– В каком плане? – не понял Федя.

– На фига по окнам-то стрелять?!

– Точно, дебилы! – возбужденно поддакнул Борман, а Рома добавил: – Насмотрелись пиндосовских боевиков, чайники!

В рвущихся голосах юнг свирепствовал дикий восторг: мы живы, мы удрали, мы всех обманули и перехитрили!

– Правильно стреляют, – остудил наши эмоции Федя.

Да уж...