Изгой

Единственный диссонанс: старый морщинистый хлопкороб в фуфайке и обрезанных резиновых сапогах – уже такой пьяный, что был не в состоянии встать со стула – он зачем-то тянул к нам мозолистые руки и радостно смеялся, словно увидел своих долгожданных детишек, заплутавших на задворках мясокомбината.

– Это кто? – крикнул я в ухо Лехе.

– Да это свой!

– Кто – свой?

– Сторож! Он мирный! И уже не опасный! Гы-гы!

Борман-Рома при виде скачущих в центре зала девчат синхронно разинули рты и выпучили глазенки.

Ленка, недовольно поморщившись, рявкнула на Леху:

– Музыку убавь! И этим скажи – не фиг тут трясти! Было бы чем трясти...

Леха побежал боком в толпу, выписывая кренделя заплетающимися ногами, добрался до усилителя, вырубил музыку и, переждав возмущенный ропот публики, громогласно объявил:

– А теперь посмотрите, кто к нам пришел!

Присмотрелись, вытягивая шеи, явственно щелкнули коммутационные реле, замыкая в привычный ассоциативный круг наши лица и картинку с монитора, в который приходится пялиться пятнадцать часов в сутки.

– А-а-а-а-а!!! Урр-рряяяа! Оо-о-ооууу!!!

В общем, имел место взрыв восторга.

Интересно... Но почему-то, когда мы вошли просто так – без «объявы», на нас никто даже внимания не обратил...

А тут – все к нам бросились, хотят качать, потрогать, пощупать, визжат, как резаные, некоторые даже зачем-то плакать начали.

Ну вот вам, герои, мать вашу державу: вот она, минута славы. Впечатлительные тщедушные люди готовы носить нас на руках.

Получив свою порцию триумфа, мы собрались уходить, но оказалось, что это не так-то просто сделать: толпа не желала нас отпускать. Леха, скот, когда тащил нас сюда, почему-то не подумал, как мы отсюда будем выбираться.

Вырваться удалось с большим трудом, при этом мы понесли потери: пришлось оставить публике Бормана-Рому.

Впрочем, юнги против такой постановки вопроса не возражали: они охотно сдались на милость банды визжащих девчат, которая тотчас же потащила их к столу, вроде бы кормить, а там дальше – не знаю.

Единственно, что успел сделать Федя, – предупредить, чтобы не пили ничего тяжелее лимонада. Достигнув таким образом компромисса с бурлящей офисной массой, мы забрали Леху и наконец-то отправились работать.