Изгнанник Ардена

Флоренс послушно кивнула, и Тристан одарил ее благодарной улыбкой. Хоть кто-то не нервировал его и понимал с полуслова.

– Изи, ты останешься со мной.

Изекиль бросил быстрый взгляд на Кристин, но та уже торопливо шла в свою комнату, явно не желая задерживаться в Аталасе ни минутой дольше.

Тристан пытался сложить воедино все детали мозаики, но недостающих элементов оказалось слишком много. Были ли связаны между собой смерть короля Танната и Фредерика Ришеля? Имел ли Стефан к этому отношение? Почему он откладывал коронацию, если изначально хотел провести ее как можно скорее? Как во всем этом замешана Адалина и что, если не ее, искал Стефан?

В этот момент Тристан чувствовал себя котом, который хотел распустить клубок пряжи, но лишь безнадежно запутался в нитях.

– С чего планируете начать поиски? – спросил Изекиль.

Тристан даже не заметил, что они остались вдвоем. Из соседней комнаты, где Флоренс и Кристин собирали вещи, доносился шелест одежды и скрип половиц.

– Сегодня увижусь с Ларри – он стражник при Изумрудном дворце.

– Какие приказы будут для меня?

– Отправляйся к лорду Амрону, передай ему, что пришло время выплатить долг «Черной розе».

Лорд Амрон занимал пост главного судьи Запада, но эта должность досталась ему благодаря услугам гильдии. Шпионы «Черной розы» раздобыли для лорда Амрона компромат на его предшественника, и тот отправился в темницу за коррупцию и кражу в крупных размерах из королевской казны.

И вот оно пришло.

– Что потребуете в уплату долга?

– Всю подноготную семьи Ришель. Не верю, что Стефан захотел заполучить Адалину только из-за ее наследства. Уверен, эта пташка хранит куда больше секретов, чем я предполагал. Она все еще в доме, где они с Изобель остановились?

– Да, они не покинули Аталас, как планировали.

Тристан подавил отчаянное желание вырвать сверток из его рук. Дождался, пока Изекиль положит записку на стол, и только потом распечатал ее – нарочито медленными движениями, словно ему вовсе было не интересно. Сообщение было написано аккуратным мелким почерком, который явно не принадлежал Изобель.