Изгнанник Ардена

Казалось, Кристин надоела ее старая игра, в которой она постоянно оскорбляла Изекиля и притворялась, что он ей противен. Или за те два дня, когда считала его мертвым, она поняла, насколько им дорожила.

– Крис, прости меня. Это я виноват, что не опроверг весть о смерти Изи.

– Я бы тебя убила, Трис, но сейчас у меня нет сил ругаться, – устало произнесла она. – Тем более сейчас есть проблемы поважнее. Рой в городе.

Спина Тристана напряглась, и он сжал руки в кулаки с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

– Откуда ты узнала?

– Как ты и приказал, я отправила весточку в дом Стейнов на имя Вайолет, и в тот же вечер мне пришел ответ от самого Роя.

– Вот так просто? – удивился Тристан.

– Может, он приготовил для тебя ловушку? – с сомнением спросила Кристин. – Не понимаю я его мотивов.

– А может, он, как и все мы, просто хочет отпустить старые обиды и идти дальше? – предположил Изекиль, продолжая гладить Кристин по спине.

– Наши конкуренты? – невесело усмехнулся Тристан.

Изекиль мрачно покачал головой.

– Это гильдия убийц. Они карают преступников из знати, но делают это очень тихо. Смерти подстраивают как несчастные случаи.

Тристан зачесал отросшие пряди назад и обреченно вздохнул. Рой всегда был максималистом, а его суждения и действия – радикальны. Он придерживался правила «все или ничего», и, судя по его деятельности, с годами ничего не изменилось.

– Отправь послание, я буду ждать его в нашем старом штабе, сегодня после заката.

– Мы пойдем вместе.

Кристин приосанилась, сбросив с себя руку Изекиля, но вторую его ладонь не выпустила.

– Нет. – Тристан покачал головой. – Я должен встретиться с ним с глазу на глаз. Я выгнал его из гильдии, изгнал его. Это касается только нас двоих, – сказал он, своим голосом показывая, что сейчас перед ними стоит не их друг, а глава гильдии и их господин, на верность которому они присягнули.

Кристин с шумом выдохнула, от чего ее ноздри гневно раздулись, но перечить ему не стала.

– Пойдем, Изекиль, пора уходить, пока никто из дворцовых слуг нас не увидел.

Тристан поцеловал кузину в макушку на прощание, и она шепнула ему на ухо, что за пережитое потрясение он должен ей рубиновое ожерелье и кольцо из имфианского жемчуга. Он первым вышел из покоев, чтобы дать возможность двум голубкам попрощаться наедине.