Изгнанник Ардена

 – Я приказал Рою убираться из королевства и больше никогда не попадаться мне на глаза, иначе я убью его. У него не осталось выхода. Он уехал, а мы сменили название гильдии и приложили немало усилий, чтобы очистить репутацию.

– С тех пор вы не виделись?

Тристан покачал головой. Весь его вид кричал о том, что он сожалел о прошлом. Но они с Роем были молоды и оба действовали опрометчиво. И сейчас, возможно, он думал, как бы изменил прошлое, представься ему такая возможность.

– А кто дал новое название вашей гильдии?

Тристан задумчиво почесал бровь.

– Кристин, кажется. Она в то время как раз увлекалась флористикой, вот и решила, что это подходящее название, а мы с Изекилем не стали спорить.

Адалине не нравилось, в какое печальное русло ушел их разговор, и решила сменить тему. Но из-за слабости и не утихающей боли ее разум помутился, и она задала вопрос, который никогда не стала бы озвучивать в здравии и ясном уме.

– А медальон? Он принадлежал девушке, верно?

– Да ты проявляешь чудеса смекалки, – с иронией произнес Тристан.

Адалина виновато прикусила губу.

Тристан перевернулся на спину, устремив печальный взгляд в потолок, и серьезно ответил:

– Ты права. Он принадлежал девушке.

– Ты любил ее?

– Да. Она единственная, кого я любил. И, скорее всего, последняя. – Он прикрыл глаза, и Адалина пожалела, что он в кои-то веки решил пооткровенничать.

– Почему ты не с ней?

– Она жена моего брата.

Неприятный холодок сдавил ее сердце. Адалина вдруг вспомнила, с какой нежностью Тристан смотрел на Аврору, как она ласково трепала его за волосы, улыбалась ему и шутила, а потом обнимала мужа, который одним своим взглядом показывал безграничную любовь к ней. Внезапно Адалине захотелось отмыться от чувства неприязни, но Тристан оборвал ее мысли, устремившиеся не в то русло.

– Покойная жена моего покойного брата.

В комнате повисла гробовая тишина, сопровождавшаяся могильным холодом.

Адалина не знала ни младшего брата Тристана, ни леди Джоанну, но теперь ощущала грусть. Не по безвременно ушедшим супругам. Ей было горько за человека, который за свою жизнь пережил столько потерь и прятал боль за маской дерзкого, нахального и не знающего забот авантюриста.

– Прости, что навел тоску. – Тристан сел на кровати.