Избранный?! И в этом?! Снова?!!! (СИ)

И думается мне, что Волда не сильно бы расстроился, получись у неё задуманное, а вот лорд Малфой…

На этом тот разговор и прекратился, и мистер Грэйнджер снова отвёз парня домой. Но через два дня Гермиона позвонила и сказала, что сама сходила в Косой переулок и отослала Невиллу письмо, на которое только что получила ответ. Невилл предлагал встретиться им на Аллее Теней в кафе «Хрустальный снитч». Теперь оставалось понять, как попасть на эту самую Аллею Теней. Невилл ничего об этом не написал.

— Ловушка? — с сомнением осматривая свиток, спросил Гарри.

На этот раз мистер Грэйнджер привёз Гарри прямо к ним домой. Но они были готовы сорваться в любой момент, но это тоже было своеобразной проверкой, насколько дом Гермионы «охраняется» или отслеживается всеми заинтересованными сторонами: Министерством, Дамблдором, знающим, что Гермиона является подругой Героя, и Пожирателями, которые тоже знают эту информацию.

— Я, кстати, решилась на эксперимент. Разбила вазу и произнесла «Репаро». Никаких вопиллеров не было.

— Герми…

— Это было нужно! Формулировка была очень интересная, «в связи с возобновившейся угрозой…» вот как они это назвали. Не знаю, что бы было, если бы я так колданула в прошлом году, но в этом мне видите ли разрешили колдовать дома «в связи с…». Тьфу! А как насчёт того чтобы прислать сюда магов для установки защиты? Ведь то, что я твоя подруга, широко известный факт, и это дело времени пока об этом не вспомнит Тот-Который! Вон на «Нору» они защиты понавешали!

— На «Нору»?

— Ах, да! Рон прислал записку, где расписал, сколько всего Министерские и авроры понавешали на их лачугу СРАЗУ после того, как Волдеморда был официально признан вернувшимся! То есть их защищать нужно и можно, тем более там именно эта формулировка и присутствовала, что Рон, мол, лучший друг Гарри Поттера, за которым охотится Тот-Который, поэтому они просто обязаны защитить дом мистера Уизли от возможной опасности, хотя твоё пребывание в их «пенатах» в этом году не планируется.

— Вывод? Он знает, что дом теперь принадлежит мне, и верит в то, что я их всех туда пущу продолжать грабительство и дальше.