Избранный

Он все медлил, и тогда она сказала:

— Что бы у вас не произошло, вы можете это решить. Вы совсем недавно стали родителями, но ко всему можно привыкнуть.

Что ж, как выяснилось, родителем стал только один из них, поэтому…

Блэй подошел к ней и поцеловал в щеку.

— В кабинете? Папе он точно не нужен?

— Он на чердаке. Расставляет наш багаж в нужном порядке, как бы странно это ни звучало.

— Слово «странно» неприменимо по отношению к отцу и его тяге к порядку. По цвету или по бренду?

— Сначала бренд, потом цвет.

— Тараканы, «твинки»[36] и «самсониты». Вот, что останется после ядерной войны.

Внутри было намного теплее, и когда он вошел в рабочее пространство отца, «найки» заскрипели по недавно окрашенному, обработанному сосновому полу. Включив потолочный свет, он предстал перед кучей всего что-стояло-на-своем-месте. Стол напротив, обычный, ничем не примечательной стол из «Офис Дипо», с черными ножками и столешницей медово-коричневого цвета, на нем — телефон и старомодный калькулятор с печатной лентой[37].

Ви об этом лучше не знать, подумал Блэй, закрываясь в кабинете.

Здесь было несколько окон, все еще наглухо завешанных шторами на день — доказательство того, что отец еще не начал рабочий день своей консалтинговой фирмы. Дистанционная работа — неожиданная находка для вампиров, желающих преуспеть в человеческом мире, и особенно это удобно для бухгалтеров, работающих с одними цифрами.

Сев за отцовский пульт управления, Блэй взял трубку и прокашлялся.

— Алло?

Раздался щелчок, когда мама положила трубку на кухне, в гостиной или той комнате, в которой она ответила на звонок. А потом в трубке повисло молчание.

— Алло? — повторил он.

Голос Куина был хриплым, едва слышным.

— Привет.

Длинная пауза. Неудивительно. Как правило, именно Блэй шел навстречу, когда у них возникали проблемы, в основном потому, что не мог терпеть расстояние между ними, а у Куина всегда были сложности с открытым выражением «чувств».

Неплохой порядок действий. Как правило, им помогало.

Но не сегодня. Этой ночью Блэй в подобные игры не играет."

"— Я сожалею, — сказал Куин.