Избранный

Если бы Тор так отчаянно не ненавидел этого сукина сына… то проникся бы уважением.

***"

"Кор принял форму на укрытом снегом лесном настиле, где-то в глубине леса, но не соснового, здесь были клены и дубы. Судорожно вздохнув, он заставил свои глаза работать, и когда он смог рассмотреть окружающую обстановку, то понял, что ему удалось убраться с территории Братства. Мис — защитный туман, искажающий ландшафт — исчез, и к Кору вернулась способность ориентироваться в пространстве.

Хотя он не представлял, где находится.

За время своего побега он смог дематериализоваться трижды. Сначала на пятьдесят ярдов от входа в пещеру, потом чуть дальше, спустился по горе примерно на милю, и затем сюда, в парковую зону, и, значит, он далеко убрался от места своего заточения.

Перекатившись на спину, он наполнил легкие воздухом, моля о силе.

Непосредственная угроза жизни отступила, и его охватила непреодолимая слабость, такая же смертоносная, как и любой другой враг. Холод лишь отбирал остатки энергии, замедляя и без того слабые рефлексы и сердцебиение.

Повернув голову, Кор посмотрел на восток.

Через час за горизонтом начнет подниматься неумолимое солнце. Даже в его состоянии он чувствовал всполохи тепла на своей обнаженной коже.

С усилием оторвав голову от земли, Кор поискал взглядом убежище, может, пещеру и груду валунов… перевернутый полый ствол дерева, где он мог бы укрыться. Он увидел лишь деревья, стоящие вплотную, но их обнаженные ветви неспособны были предоставить хоть какое-то укрытие от солнца.

Как только огненный диск поднимется, Кора охватит пламя.

Но, по крайней мере, так он согреется. И все наконец-то закончится.

Какие бы ужасы не ждали его впереди, они не сравнятся с пытками, ожидавшими его в Братстве… безрезультатными пытками, при условии, что они стремились получить информацию о Шайке Ублюдков.

Во-первых, его солдаты должны были подчиниться протоколу и после его исчезновения покинуть лагерь. В конце концов, могло быть лишь два объяснения его отсутствию — смерть или плен, и не было никакой логики в том, чтобы рисковать и гадать, какой стала его участь.

Во-вторых, он не выдаст своих бойцов, даже если его начнут потрошить.

Бладлеттер не смог сломать его. Никто не сможет.

С другой стороны, сейчас это неважно.

Устроившись на боку, Кор подтянул колени к груди, обхватил себя руками и задрожал. Листва под ним не могла послужить мягкой постелью, ее замерзшие, острые края впивались в его кожу.