Избранница ректора: «Пустышка» в академии магии

Родители подарили артефакт на восемнадцатилетие, но видимо вещь оказалась некачественной и вскоре сломалась. Я отказалась его ремонтировать, теперь кольцо лежит здесь. Другой памятной вещью был бриллиантовый кулон, подаренный Альвертом. Его я порывалась вернуть, но все время что-то останавливало. Наверное, те четыре года, во время которых я считала сына графа Сарготерри своим нареченным.

Но самой ценной среди всех этих вещей была расколотая пополам нефритовая печать — память о том, кто спас меня в детстве. Тогда по городу прокатилась волна землетрясений, и я едва не оказалась жертвой стихии: рядом со мной разверзлась пропасть.

Эту печать я мечтала вернуть незнакомцу, который её обронил, спасая меня, вместе со своей искренней благодарностью. Когда-нибудь я обязательно его найду.

— Что ж, Академия Небесного пламени… посмотрим, что меня ожидает за твоими стенами, — прошептала я в пустоту и захлопнула шкатулку, пообещав, что кулон все-таки выложу. Когда-нибудь.

Улицы Арана, столицы королевства, были узкими. Основной тракт пролегал по воздуху, где в фаэронах — каретах, погруженных в воздушную магическую сферу, похожую на мыльный пузырь, — перевозились грузы: в это время суток жители спали, а не путешествовали, зато торговые тракты, наоборот, налаживались.

— Пора, — сказал граф скорее себе, нежели нам, и убрал часы в карман. — Нельзя заставлять эвиара Дарреги ждать.

Дворецкий помог погрузить два небольших чемодана с моими вещами в карету. Я с какой-то тоской проводила их и окинула взглядом двухэтажный дом.

Первым обнял отец.

— Прости, но это единственный вариант, — шепнул он и тут же отстранился. Быстрее, чем я успела задать вопросы. А их было ой как много! — Береги себя, Олиента. Ты здравомыслящая девушка. Я верю в тебя.

Мне бы еще самой в себя поверить! А то я на таком распутье. Совершенно не понимаю, что происходит.