Избранница Архимага

Люк тоже не намекал на что-то большее, не пытаясь сближаться, словно и не было тех безумных поцелуев. Но я видела, что была ему нужна. Видела.

Или только хотела видеть…

Потому что совершенно незаметно наступил август, а вместе с ним и мое совершеннолетие. Мой восемнадцатый день рождения. С которым меня не поздравила ни одна живая душа в этом мире. Даже Люк забыл, чем подкосил всю мою веру в него и в наше возможное будущее.

Глава 17

— Нет, ну, скажи, почему так, Эрик Богданович? Или как там правильнее к тебе обращаться? А? Ваше божественное наисвятейшество?! Почему? — закричала я и кинула бутылку с каким-то жутко старым алкоголем прямиком в темный источник, тот радостно поглотил выпивку, которую я стащила из королевского винного хранилища, собираясь отметить свое совершеннолетие.

В одиночестве. Полном.

С сегодняшнего дня мне уже официально можно было пить алкоголь. Только вот желания не было никакого. Я громко плюхнулась на землю, на мягкую травку, которую застилал туман.

Сначала я хотела отправиться в академию, но потом вспомнила о любимом месте родителей и заглянула в их беседку, с которой как раз можно было выйти к парку с темным источником, а потом и к арке, ведущей в академию.

Но ни беседка, которая выглядела совершенно по-другому, ни тёмный источник не принесли мне облегчения.

Я увидела темную магию, выбирающуюся из колодца, и словно озверела. Если мой родной отец бог, то почему в моей жизни все наперекосяк?  Почему он допустил такое?

— Где ты, когда так мне нужен! — опять закричала я и провела ладонями по щекам, скорее чисто механически — по привычке.

Сейчас слез не было, глаза были совершенно сухими.

Все. Я выплакала весь свой резерв слез, если такой вообще бывает.

За весь этот месяц Алана почему-то так и не уехала, несмотря на разговор с Люком. Она только собиралась, собиралась и собиралась, но по факту не делала ничего. В гости к ней приехала мама и начала изводить меня. Я каждый раз молчала, глядя на то, как она бережно обхватывала свой округлившийся живот.

А она считала меня любовницей короля и постоянно подначивала и задирала. Пожалуй, только это и омрачало мое пребывание во дворце. Занятия с Люком и постоянное общение с ним вселяли в меня надежду на то, что, когда рядом со мной есть Его Всесилие, мне больше никто не нужен, пусть хоть весь мир будет против, главное, чтобы он был за меня.

Кроме Люка у меня были и дедушка, и Виола, только вот незадача: они не знали, когда я родилась, а я не спешила им говорить.