Избранная для северного дракона

Поначалу мне казалось, Йемрен рвался найти дикарей, чтобы добраться до матери и предать ее справедливому суду, но оказалось, что Вианда тут была не причем.

Однажды вечером я обнаружила мужа стоящим на крепостной стене. Он задумчиво смотрел в сторону леса. Мне показалось, в охровых глазах любимого мелькнула печаль, и я сразу же прильнула к его широкой груди. Щекой прижалась к всегда теплой ткани его сюртука и руками обвила мощный торс. Он стиснул меня в объятиях и, склонившись чуть ниже, обжег дыханием макушку:

— Я рад, что она жива.

Сразу поняла, что он говорит про мать, но почему он рад? Подняла лицо, и он, прочитав мой невысказанный вопрос, продолжил:

— Жизнь с дикарями хуже смерти. Так что пусть живет и платит.

— Они настолько жестоки со своими женщинами?

— Для них женщины — домашний скот. Вианда была королевой, а теперь с утра до ночи ей приходится выполнять прихоти грязного дикаря. Носить воду из реки, готовить дичь, что он добыл. Жить впроголодь. Сносить побои. Ублажать ночами.

Через семь дней после брачного ритуала нас разбудил осторожный стук в спальни. Когда Йемрен открыл дверь, за ней с загадочным, но при этом очень довольным видом стоял Дариус:

— Мой король, простите меня за беспокойство. У меня есть неотложные вести для королевы.

— Тебе же лучше, если они окажутся неотложными, — прорычал Йемрен.

Он терпеть не мог вторжения в нашу спальню.

В ту же секунду в дверной проем ворвалось нечто большое, пепельное и пушистое. Лишь когда этот пушистый ком оказался рядом с кроватью и бросился облизывать мне ладонь, моя немота прошла, и я восторженно закричала:

— Серенький! Ну почему ты так долго?!

*****

Таира, 8 дней назад

— Знаю, Ленточка, — девушка в сотый раз за ночь поправила на лошади сползающее тело, — ты считаешь меня дурочкой, но я просто не могла бросить его умирать. Пойми, хвостатое ты создание, люди не падают нам на голову без причины!

Огромный мужчина, которого сейчас везла гнедая кобыла, и правда свалился на Таиру с неба в самый разгар схватки.

"В тот ужасный момент она пряталась за повозками, едва живая от страха. Думала лишь о том, как унести оттуда ноги и уберечь Ленточку. Ворота были открыты, но до них еще предстояло добираться по открытому пространству, рискуя нарваться на виедов. Хотя оставаться здесь, в самой гуще сражения, было еще опаснее.