Избранная

Хорошо это или плохо? С одной стороны, разумеется, очень хорошо, а с другой… Как я теперь буду тайком удирать из школы и таскать Стиви Рей пухлые пакеты со свежей кровью, если куча элитных молодых воинов, по уши накачанных тестестероном, будут воинственно поигрывать мускулами, защищая каждый сантиметр школьной стены?

— Ты будешь в безопасности, обещаю, — прошептал Лорен и нежно приподнял мое лицо за подбородок.

Изнывая от нервного предвкушения, я часто-часто задышала, и стайка обезумевших бабочек запорхала у меня в животе.

Поверьте, я честно боролась с искушением. Я пыталась не думать о Лорене и о его поцелуях, старалась не обращать внимание на то, как бешено стучит мое сердце под его ласковым темным взглядом. Но я ничего не могла с собой поделать! Я понимала, как будет страдать Эрик, когда узнает о моих отношениях с Лореном, я переживала из-за проблем со Стиви Рей и Афродитой, я умирала от ужаса перед тем, что случилось с профессором Нолан, но мои бесстыжие губы все равно помнили вкус поцелуев прекрасного поэта.

— Я верю, — прошептала я. Клянусь, в этот момент я бы поверила всему, что бы он ни сказал!

— Тебе, — прошептал Лорен, не сводя с меня пристального взгляда.

— Тебе… — повторила я. — Я тебе верю.

— А я счастлив, что ты носишь мои сережки.

И прежде чем я успела что-то сказать, он наклонился и поцеловал меня. Его поцелуй был глубоким, и губы долго не отрывались от моих губ. Язык его коснулся моего языка, и я почувствовала вкус вина с соблазнительной ноткой свежей крови.

Не помню, сколько прошло времени, прежде чем мы отстранились друг от друга. Помню только, что глаза Лорена потемнели, и он тяжело дышал. Вам интересно, что чувствовала я сама? Не знаю. Меня больше не было. Я растворилась в Лорене.

— Нужно как можно скорее отвести тебя в общежитие, иначе я не сдержусь и унесу тебя к себе. Навсегда, — прошептал он.

Я напрягла весь свой блестящий интеллект, чтобы сказать что-нибудь выдающееся, и выдала:

— Ладно.

"Лорен снова взял меня за руку и переплел свои горячие пальцы с моими. Мы вышли в сумрачное холодное утро и зашагали к общежитию, тесно прижимаясь друг к другу. Мы молча поднялись по ступенькам, Лорен распахнул передо мной дверь. Огромный холл был пуста. Я посмотрела на часы — и моргнула. Неужели уже девять?

Лорен торопливо поднес мою руку к губам, поцеловал и отпустил.

— «Прощай, спокойной ночи, желаю я тебе сто раз. Мне ночь сто раз мрачней без твоего сиянья.