Избавитель

«Черепаха» вдруг начала вытягиваться вверх, выпрямляться, трансформироваться в гигантскую фигуру на двух ногах высотой в два десятка метров, пока не превратилась в старика-великана с посохом, в плаще и конусовидной шапке, прикрывающей три плотно прижатые друг к дружке головы. Кроме того, у него было три горба, а через плечо висел самый настоящий кнут из витых ремней. Однако самым интересным открытием были не три головы монстра, не горбы и кнут, а то, что он был похож на хаббардианца Праселка, только небывало большого роста!

– Привет! – пробормотал Ростислав, отодвигая Будимира и выходя вперед.

 – Никак мы знакомы... Все три лица гиганта, заросшие седым волосом, бородатые, усатые, исказила одинаковая гримаса, напоминающая презрительную ухмылку.

– Однакося вы далеко зашли, человеки. Предупреждал меня братец, чтобы я ждал вас, да я не поверил. Однакося ошибся. – Говорил Праселк-гигант на чистом русском языке. – Каким же ветром занесло вас сюда, гости нежданные? Что вам дома не сидится? И что вы здесь ищете, в чужих владениях?

– Ты задаешь слишком много вопросов, верзила, – коротко сказал Ростислав.

 – Прежде чем мы начнем светскую беседу, не соизволишь ли ты приказать своим симпатичным паучкам прекратить муравьиный геноцид? Чем тебе муравьи-то не угодили?

– А кто ты такой, козявка, чтобы предлагать мне это? – загремел Праселк в три глотки, так, что по холмам пошло гулять эхо. – Я здесь хозяин! Это мои владения! Что мне надо, то и делаю! Не нравится – убирайся вон, пока я не раздавил тебя и твоего детеныша, как мух!

– Зачем же так грубо? – укоризненно покачал головой Ростислав, чувствуя, как за спиной вздрогнул Будимир.

 – Мы ведь любезно спросили тебя, чем ты занимаешься. Просто так мучаешь мирных насекомых или задумал что нехорошее.

– Убирайся, я сказал! – прошипел великан, делая шаг к людям длиной в десять метров, снял с плеча кнут. – Здесь я задаю вопросы!

Ростислав вытащил сверкнувший меч.

Праселк гулко захохотал.

– Убери свое жало, козявка! Оно годится разве что пугать детей. Сейчас позову своих слуг, попробуй с ними сразиться, если смелости хватит, а я позабавлюсь.

Трехголовый урод свистнул.

Долина внизу под холмом загудела.

– Вот паразит! – хладнокровно сказал Светлов. – Я так и знал, что мы не договоримся. Придется действовать иначе. Он вытащил тяжелый орех «пушистика».