Избавитель

– Не верю, не тот человек Никита Сухов, то есть его магическая матрица, чтобы играми забавляться. Не был он сумасшедшим компьютерным юзером."

"– Это уж дело твое, витязь, верить аль не верить. Ешьте пироги вот, блины, варенье, морс калиновый пейте. Потом побалакаем еще.

Старуха вышла в сени, загремела чем-то, ворча себе под нос.

– Не слушай ее, – сказал Ростислав, берясь за горячие, вкусно пахнущие пироги. – Она нарочно нас поддразнивает.

– Не... – качнул головой Будимир, – она говорит, что знает. На нее нет смысла обижаться.

К тому же Седьмой – не отец мне, ну, я имею в виду – прямой, мой папа – Никита, а Седьмой – это уже другой уровень, носитель силы, понимаете?

– Он как бы уже не Сухов, – кивнул Ростислав, – магически проявленная отдельная сверхсущность, так? Хотя я все равно не верю, что он станет сотрудничать с Уицраором или Люцифером.

Съели пироги: Будимир – два, Ростислав – пять, принялись за блины с вареньем, запивая вкусным морсом. Баба-Яга вернулась в горницу, когда гости насытились и отвалились от стола.

Махнув клюкой, она отправила всю посуду прямиком в печь, очистив таким образом стол, уселась в кресло, в котором запросто могли уместиться трое нехудых мужчин.

– Наелись?

– Спасибо, бабушка, – в один голос проговорили Ростислав и Будимир.

– Очень вкусно готовите, – добавил Ростислав, поклонившись.

– Чем еще я могу помочь дитю Посланника? Сразу предупреждаю: куги нетути, одна осталась, да и та хромая.

– Чего нет?

– Ступы, – тихонько подсказал Будимир.

– И оружья нема, – нахмурила брови Ягойой.

 – Какое было – еще его папаше отдала.

– А сестрица ваша Домна говорила, что у вас кое-что осталось, – равнодушным голосом сказал Ростислав; о том, что это говорил лесовик Жива, он решил не упоминать.

Старуха неприязненно сжала губы.

– Тоже мне, сестрица нашлась! Что она знает?

– Якобы у вас есть какой-то «пушистик».

– А ведь точно! – хлопнула Ягойой ладонями по подлокотникам кресла. – Совсем запамятовала, старая! Этот «пушистый бумм» остался у меня еще с дедовских времен, его черные оскепоносцы оставили.

Дам я его вам, только поосторожнее обращайтесь, зело опасен «пушистик». Еще чего обещала моя сестрица?

– Копье бы нам... – Пошукаю оскеп, может, и найду. Еще? Ростислав и Сухов-младший переглянулись.

– Да вроде все, остальное мы сами добудем. Ягойой внезапно подобрела.

– Это хорошо, что вы такие незазырчатые, мало просите. Домна небось вам с три короба наобещала, а вы постеснялись попросить. Посидите, в покладушу схожу.