Из хорошей семьи

Дедушка сказал, что товарищ ручается за свои слова, но поскольку Вадим страшный человек, то он его боится, поэтому ни за что не раскроет своего инкогнито.

Тогда Евгений был целиком и полностью на Галиной стороне. В самом деле, верить надо своему любимому, а не каждому анонимному клеветнику.

Он был начитанный мальчик и знал: ради любви надо преодолеть все, в том числе сопротивление жестоких родителей, и сдаваться ни в коем случае нельзя, но, с другой стороны, никак не мог понять, что жестокие родители – это его любимые, самые лучшие бабушка с дедушкой и мама с папой, внезапно оказавшиеся в плену устаревших предрассудков.

Сколько раз до этого он слышал от них, что все люди равны, а теперь вдруг отказали парню от дома потому, что мама у него работает поваром в школьной столовке, а папы нет. Это же дремучее средневековье и мракобесие!

Сейчас он понимал, что если бы семья приняла Вадима как родного, очень может быть, он скоро надоел бы Гале, а так родительское проклятие придало их любви поистине шекспировский размах, и в один прекрасный день Галя ушла, хлопнув дверью, и больше уже в родной дом никогда не возвращалась.

Они с папой ездили в этот дом сначала уговаривать Галю вернуться, а потом привезли ей чемодан с зимними вещами, и на этом общение закончилось.

Евгений скучал, но папа объяснил ему, что Галя предала своих родителей, и он, если хочет быть на ее стороне, окажется в очень сложном положении. Открыто видеться с теткой ему запрещено, а встречаться тайно – подло.

Убеждать маму и бабушку с дедушкой в том, что Галя права, – бесполезно, они не станут слушать. Единственный выход – тоже уйти из дому и порвать отношения с родителями. В принципе, он имеет на это право, но Галя с Вадимом не готовы его принять и содержать, а самостоятельно жить Евгений пока не может. Сейчас он ребенок, ему придется подчиняться родительской воле еще шесть лет, а дальше он будет сам принимать решения и нести за них ответственность.

После ухода Гали жизнь вроде бы вернулась на круги своя, но чувство естественного счастья исчезло.

Наверное, просто кончилось детство.

Евгений загасил окурок в золотистой консервной банке, которую Галя подала ему.

– Слушай, но бабушка с дедушкой умерли…

– Мы оба знаем, кто истинный виновник, так что не надо переваливать с больной головы на здоровую!

– Галя, я и не собирался ни в чем тебя упрекать. Просто напоминаю, что это они выгнали тебя из дому, а не мама.