Неверная

Кира поманила пальчиком Кощея.

— Ну, вперёд, я прямо здесь стою, дерзай!

— Охрана, вышвырните эту сучку отсюда! — прикрикнул Кощей, покрываясь красными пятнами на лице.

Ропот прошёлся по рядам гостей, что вертели во все стороны головами в ожидании скандальной развязки инцидента.

И ничего не произошло…

Никаких бритоголовых людей в чёрном…

Кощей повернулся к наследнику, который отвечал за безопасность торжества, но того не оказалось на месте.

— Юрик, я всё ещё жду! — тем временем совсем оборзела Морозова.

— Север! — рявкнул на него Кощей.

Тот поднял ладони вверх, как бы намекая, что он их умывает.

— Мой папенька, который здесь, кстати, присутствует… — оскалилась Морозова, махая ручкой своему родителю. — … говорил, что когда Ковалевский достаёт член, чтобы поссать, Калдыр ему его придерживает, а потом стряхивает. Так это правда? Такие у вас были близкие отношения?

— Ты ничего не можешь без своего Калдыра и никогда не мог.

Артемида, что вместе со всеми наблюдала эту странную и унизительную для мужа сцену робко взглянула на него, как муж сжал челюсти до предела, а губы превратились в тонкую ниточку.

— Артемида, разберись с ней! — вдруг рявкнул он в её сторону.

Она чуть не подавилась собственным языком, когда зашлась в приступе истерического смеха. Ковалевская всё смеялась и смеялась, понимая весь абсурд происходящего. «А король то голый…» — неожиданно осознала она всю правду о муже.

— Леопольд, выходи! Подлый трус! — пропищала Кира и махнула в его сторону рукой.

Она подошла к своему суровому Северу, обняла его и они так и остались стоять вместе, глядя на униженного и бессильного старика.

— Пошли все вон отсюда! — громко рявкнул Кощей.

Гостей просить дважды было не надо, быстрее всех к выходу побежал отец Морозовой, которому она всё равно что подписала смертный приговор его же собственными словами, сказанными шёпотом и в проверенной компании.