Неверная

— Да не… Бред какой-то… — проворчала она, поудобнее устраиваясь головой на плече своего ненастоящего мужа Севера.

Среди всех гостей вечера Морозовы и Ковалевские были самыми честными и настоящими парами, но ни один из этого квартета об этом не догадывался.

Глава 29

Ковалевские и Сонечка Любимова обедали на большой уличной террасе, около гостиной, куда Ида распорядилась поставить резные стол и стулья из гаража, раньше этот комплект мебели украшал их с Владом прошлое семейное гнездышко, теперь ей почему-то захотелось вернуть эту славную традицию завтракать и обедать на свежем воздухе.

Влад поддержал её без особого энтузиазма. Эта традиция отдавалась в нём глухой болью прошлого, где жена смотрела на него иначе, чем сейчас. Прошлого, где между ними не было стены из молчания после сказанных громких слов. Он задержал Иду, когда дети выскочили из-за стола, устремляясь наперегонки кормить Кузю, который рвался к ним из своего вольера.

— Зачем ты мне рассказываешь про него? Я же ведь дружу с его женой, как мне в глаза ей теперь смотреть, после того, что я знаю? — выпалила она, нервно запивая слова водой.

— Да и она похоже теперь знает, услышала разговор. Тебе больше не стоит с ней дружить. По крайней мере пока, да и она не будет гореть желанием, я думаю, ей не до этого.

Влад передал ей свой телефон, где она прочитала огромное сообщение от Стаса, который, не стесняясь в выражениях, писал о том, что с Ковалевскими больше знаться не хочет. Он запретил своей жене общаться с Идой, и надеется, что госпожа Ковалевская проявит благоразумие и настаивать на дружбе не будет, иначе он примет меры.

— Какие, блин, меры? Выпорет меня ремнём? — хохотнула Ида. — Это я что ли виновата, что он эту прошмандовку трахнул?!

— Ну ты таскала его жену в бордель, чего ты ожидала? Плохо на неё влияешь.

— А он значит хорошо? Ммм… Поражаюсь вам мужчинам, просто поражаюсь! — вскинула ручки Ида.

— Кому это вам? Я что сделал?

— Да так, до хера чего. — процедила она сквозь зубы.

— А ты у нас, значит, овечка невинная?

— Что? — опешила Ида от пренебрежительного тона мужа.