Неверная

 — пел оды восхищения покрасневшей то ли от вина, то ли от похвалы Иде. — Она мне напоминает маленькую Галину Александровну, такая, знаешь, советская училка в теле маленькой девочки, ты уж извини.

Ида расхохоталась от души вместе с Филином, и Влад почувствовал себя лишним в их обществе друзей-подруг.

— А-а-а-а-а! — вдруг заорала Соня, воздевая руки к небу. — Куда ты, мой дорогой? Зачем меня бросаешь? Я же верила тебе, а ты меня предал! Кто она твоя любовь? Звёздочка красивая? Стерва патлатая!

После этого душещипательного монолога смеха не мог сдержать даже Влад, девочка явно обладает актёрским талантом, когда он снова вспомнил, кто её отец, и в кого она такими талантами блещет, его улыбка с лица быстро сошла на нет.

— Она смотри слишком много сериалов вместе с бабушкой.

Филин рассмеялся, подзывая к себе Соню, страдающую от нераздельной любви к шарику.

— Сонь, сходим завтра вечером на набережную, я тебе шарики куплю, хорошо? Ты только не убивайся по нему, ладно? Шарики, как и мужчины, того не стоят, и те и другие внутри пустые.

— Я знаю. — кивнула девочка с серьёзным видом. — Я вырасту самой достаточной и умной девушкой. Никакой мужчина не будет стоить слёз моих!

— О, как! — присвистнул Филин. — Самая достаточная, офигеть, не встать!

— А шарики мне не надо покупать, няня Ида и бабушка не разрешают от чужих дядь и тёть подарки брать. Ида только от дяди Влада разрешила. — замотала она головой и кинулась на руки к няне.

— Хорошо, скажу. — улыбнулась она ей приглаживая торчащие в разные стороны хвостики и строго глядя на Филина. — Может спать пора?

— Нет! Димка сейчас матрас надует, мы будем вон там на травке лежать и звёзды смотреть, он мне медведя обещал показать и медвежонка.

— Соня! Я надул! — закричал ей Димка, перетаскивая матрас на газон, подальше от света фонарей, что мешали смотреть звёзды.