Истребители. Трилогия

Однако даже обстановка небольшого кафе и пирожные которые печет хозяйка по семейным рецептам оказались правдой. Однако НИКТО не опознал вас. Дальше…

Слегка склонив голову я исподлобья смотрел на наркома, который ходил из угла в угол и говорил и говорил. В течение часа я, молча слушал, как Берия монотонно перечисляет все нестыковки в моей истории сплетая их с моими «озарениями» и «летным опытом». Не обошел стороной, и то как я осторожно спускал разные информация как через эфир, так и через простых бойцов и командиров.

– …поэтому-то мы и отслеживали все ваши контакты. Радио очень помогло с опознанием. Вы думали мы ничего не поймем? Не нужно держать нас за дураков. Вы неплохой агент влияния, смущает только количество сбитых, и лютая нелюбовь к англичанам, хотя мы думаем что вы их человек. Хотя сейчас даже не знаем. Вот я и хочу спросить: Кто вы?

Откинувшись на спинку стула, бросил небрежный взгляд на Никифорова, стоявшего за левым плечом и, отбивая пальцами по столу военный марш, задумчиво вытянул губы трубочкой прикидывая варианты.

– Я майор ВВС Вячеслав Суворов. Родился в тысяча девятьсот двадцать четвертом году, одиннадцатого апреля. Воюю с немецко-фашистскими захватчиками по мере сил своих. Я может быть где-то солгал, но в основном из-за своего возраста, в семнадцать лет не берут в авиацию. Через пару недель мне исполняется восемнадцать, – чуть упрямо склонив голову, говорил я.

– Не хочешь говорить правду?

Я не ответил, только молча покачал головой. Скорее машинально, чем осознано.

– А если мы проявим твердость в вопросе?

– А зачем? Может я предал кого? Плохо воюю? Да есть такое, я немного знаю больше чем нужно, но тут привычка скорее внимательно слушать и анализировать услышанное. А про англичан кстати мне дядя рассказал, злорадствовал, что скоро советам хорошо вломят.

ЗиС тылового обеспечения Второй Ударной Армии переваливаясь на колдобинах медленно полз по разбитой танковыми гусеницами дороге. С удобствами развалясь на новых красноармейских кальсонах, пачками лежавших в кузове, с интересом оглядывался, рассматривая разруху вокруг. Подбитые и раздавленные пушки, сгоревшие машины, остовы которых торчали тут и там, обломки самолетов, печки сгоревших деревень. Бои тут кончились всего неделю назад.