Истребители. Трилогия

Командир отряда самообороны списанный под чистую лейтенант, бывший командир пограничной заставы. Своих так заучил что они покруче осназа стали.

– В общем, бандитов на ноль помножили я так понял?

– Как-то странно вы сказали, но да.

– Понятно. Часто налеты случаются?

– Три раза было, все залетные. Остальное так, бытовуха. Милиция справляется, а отряд наблюдение всех подъездных дорог обеспечил. Охраняют, в общем.

В это время на кухню пришли женщины, они быстро рассервировали стол и присели рядом с маленькими рюмками.

Поминки продолжались. Вечером, когда мы стояли и курили на крыльце, то есть это они дымили, а я дышал свежим воздухом. Федор поинтересовался:

– А вы, товарищ майор, надолго к нам?

– Сегодня обратно в Москву. Дел много.

– Какое сегодня? – возмутился Семен Алексеевич, – Инга уже кровать в горничной стелет, у нас переночуете.

– Хорошо, – легко пожал я плечами.

Насчет охраны не переживал, уже успел с ними поговорить во время прошлого перекура, они сняли комнату через четыре дома, так что я продолжал находится под охраной.

– Хороший парень, – кивнул я вслед вошедшему в избу Федору.

– Хороший, это да. Но решать все равно Анне. Пошли в дом, пока бабы там с твоими подарками разбираются, мы еще хряпнем по сто грамм."

"Подарков я надарил довольно много. Чего только стоят два немецких парашютных купола с их шелковым материалом. В военное время, когда поставки материи в села и деревни прекратились, это был бесценный подарок, люди уже начинали обноситься, выживали старыми запасами, да и они были не в лучшем состоянии.

Подарил им морской рыбы, той самой вяленой, она была в превосходном состоянии, так что возражений не было. Особенно благодарили за соль и сахар. Из вещей Семеныча что у меня хранились, то есть в его полку, привез награду, и вещмешок с личными вещами. В основном простая мелочевка, но ведь родного человека, так что пусть будет.

Утром, Нина, которая во время завтрака сидела рядом со мной, вдруг сказала:

– А у Аньки, твоя фотография на стене висит, вот така-а-ая, – развела она руками.

– Нина! – возмущенным тоном пыталась остановить младшую дочь мать. Аня которая сидела напротив вспыхнула как маков цветок и убежала из залы где мы завтракали.

– А?

– Извините, ее. Глупости всякие говорит, – неловко пробормотала Инга Владимировна.

– Я не вру, – топнула ножкой вставшая из-за стола Нина, – Хотите покажу?

– Ника, иди к Олегу, можете поиграть во дворе.