Истребители. Трилогия

– Это все хорошо, но мне нужен мой дневник. Он с вещами? – спросил я, и понял, что сказал глупость судя по лицу Путилина.

– Нет, конечно. Твой дневник теперь считается документом особой важности, он опечатан, лежит у меня в сейфе.

– Вот и его прихватите. Нужно будет много, что продемонстрировать Семену Алексеевичу.

– Ты его знаешь? – удивился особист.

– Просто слышал. Что там дальше?

– Так… Гудков подал заявку. Его сейчас нет в Москве, вернется через десять дней.

– Вот как вернется так и встретимся.

– Петляков, тоже заинтересовался тобой. Но он в Москве только через месяц появится. Где-то на одном из эвакуированных заводов работает.

– Понятно. Как вернется так и поговорим, – ответил я также как и в случае с Гудковым."

"– Пионеры… Пресса… Насчет них пока ничего нет. Нужно дождаться получения разрешения на встречу. А пока давай обсудим, что будем делать с твоей будущей речью. Мне должны были привезти пробный набросок, но не привезли, так что давай своими словами.

– Конечно, – ответил я пожимая плечами, и морщась от вспышки боли в боку. Рука меня не тревожила.

Ночь прошла спокойно. Кошмары на этот раз меня не мучили. После осмотра и всех процедур, я лежал на плече, и уже без особого интереса, читал опостылевшую за второй день газету.

«Блин, красворда нет… И сканворда… Даже занюханного ключворда нет!»

Только я отложил газету в сторону, как после стука отворилась дверь, и Путилин пропустил в мою палату моложавого мужчину средних лет, в полувоенном френче.

– Здравствуйте, Семен Алексеевич. Привет Сань. Присаживайтесь, – указал я на стоящий рядом табурет.

– Здравствуй Вячеслав, – ответил Лавочкин, с интересом рассматривая меня.

– Вы меня так пристально разглядываете.

– Извини, просто я впервые разговариваю с летчиком, который воевал на моей машине.

– Да-а. «ЛаГГ», сколько раз он выручал меня из казалось бы безвыходных ситуаций.

– Вам так понравилась моя машина? – обрадовано спросил конструктор.

– В обще-то… нет! – твердо сказал я, глядя Лавочкину прямо в глаза.

Я его не удивил, это было видно. Видимо все болячки «ЛаГГ» он знал не хуже меня.