Истребители. Трилогия

– Идите за мной.

Здание было большим, и застекленным, не во всех окнах они были, в замену были натянута пленка. Я его помнил, не раз проезжал мимо на своем байке, сохранилось оно до наших времен, но сейчас оно было другим.

– Бомба упала, – пояснил Леонид, заметив, как мы разглядываем фасад здания.

Мы прошли внутрь, где я попал в руки редактора, и тут началось…

Почти три часа я заучивал речь, что была написана для меня. Некоторые места мне не нравились, я так и говорил Павлу Анатольевичу, ответственному редактору.

– Картонно больно. Не по-настоящему.

Некоторые моменты мы переписывали, другие вообще стирали, кое-что добавляли. Оказалось Павел Анатольевич был тут так же и цензором. Совмещал, так сказать.

То, что я буду выступать по радио, диктор сообщил еще вчера вечером, и подтвердили сегодня утром. И вот в два часа дня, мы с диктором Всесоюзного радио Эммануилом Михайловичем Тобиашем, начали нашу двух часовую программу. Когда я услышал сколько буду выступать, то впал в шок.

Что хотят, я узнал когда прочитал свою речь, и пообщался с редактором. Кстати, когда он закончил, то встав с очень довольным видом, сказал:

– Меня не обманули, вы очень легкий в общении человек, мгновенно находите ответы на самые неожиданные вопросы. Это хорошо. Вам будет легко адаптироваться, и вы не будете теряться когда выйдете в прямой эфир. Теперь давайте еще раз, по вашим песням.

– Это понятно, но почему все они разные? Тут и про войну и любовь, и про жизнь?

– Я хочу показать какой вы человек, а это более чем покажет какой вы писатель. Вы не думали о карьере певца?

– Думал, но не рано ли? Война все-таки?

– Для этого не рано… Вы их уже зарегистрировали?

– Нет еще, как раз хотел, мне дали несколько дней отдыха, вот думал заняться.

– Я вам в этом помогу, но завтра.

– Спасибо.

– Ну что, все запомнили?

– Да, конечно, тут ничего сложного, мне фактически нужно оставаться самим собой.

– Хорошо, пойдемте, я познакомлю вас с нашим диктором Эммануилом Михайловичем.

Мы только успели познакомиться, как был дан сигнал, до эфира оставалось меньше пяти минут.

– Прошу в студию, – сказал редактор, и мы встав с дивана, на ходу общаясь направились в студию.

– Уффф.