Истребители. Трилогия

Никифоров убрал их в папку, и задумчиво посмотрев на меня, спросил:

– Помнишь ты спрашивал про бойцов, что вытащил из плена?

– Вышли? – спросил я с надеждой.

– Вышли. Вчера еще, на рассвете, через немецкие опорные пункты прорвались с остатками одной из дивизий. Мало того они еще и технику вывели целой.

– Все вышли? – спросил я.

– Фельдмана не было. Твои сомнения в нем были не лишены основания.

– Все-таки на немцев работал?

Никифоров поморщился.

– Да нет. Просто обычный проворовавшийся алкаш. Его еще двадцать восьмого взяли, сидел на гауптвахте в Минской комендатуре.

– Он был в форме медика, – вздохнул я.

– Это верно, служил он в окружном госпитале, выполняя административные функции.

– Понятно. Как ребята?

– Насколько я знаю, вышли все, только один был ранен при прорыве красноармеец…

– …Камов?

– Точно, Камов, – ответил особист, удивленно глянув на меня.

– Почему-то это меня не удивляет, – вздохнул я.

– Через полчаса у тебя встреча с двумя корреспондентами расскажешь про свой вылет. Командование решило осветить этот вылет, все-таки не часто сбивают такие фигуры, которые потом еще попадают в плен.

– Про дерево тоже? – спросил я с кривой улыбкой.

– А вот про это не надо, не будем портить репутацию знаменитого аса, которого простые бабы на дерево загнали.

– А что мне было делать? Не отстреливаться же? Если бы я не убежал меня бы там на куски порвали… те еще бой бабы.

– Да нет, ты все правильно сделал, но репутацию все-таки надо соблюдать и защищать.

– Понятно. Товарищ политрук, я вот о чем подумал, а почему немцы так точно отбомбились?

– Сообразил все-таки. Попадание в землянку группы, случайность. Трагическая, но случайность. Они всю опушку бомбили, а вот то что они знали где находятся жилые землянки… Заметь, что не на стоянке самолетов не на хозчасти ни одной бомбы не упало, сыпали только в жилые места.

– Навели? Авианаводчик?

– Более чем уверен. Сейчас пополнение в обоих полках проверяем, к нам за последние дни более сорока человек прибыло. Будь осторожен, возможно физическое нападение. Все-таки ты не только взбесил Люфтваффе, но и щелкнул по носу немецких диверсантов.

– Хорошо, я понял… Товарищ политрук, а можно сказать Никитину что я в порядке и можно меня не загружать работой. Я трезвомыслящий человек и вчерашнее было вызвано спиртным на голодный желудок.