Истребители. Трилогия

После чего, комдив сообщил о том, что в штаб фронта направлено представление о присвоении мне высокого звания дважды Героя Советского Союза, с награждением второй медалью «Золотая Звезда». И с этим была проблема. Оказалось дважды героям на родине сооружают бронзовый бюст. А мне где? Я сказал об этом Никифорову, дополнив что собираюсь после войны жить в Москве, значит и бюст должен стоять там, пусть думает.

Кинув еще один взгляд на капониры, я вздохнул и сказал Сомову:

– Это единственный шанс, – после чего не слушая возражений, развернулся и побежал к командованию полка.

– Товарищ подполковник, разрешите обратиться, – приложив руку к пилотке, спросил я.

– Обращайтесь, – оторвавшись от карты, измученным голосом ответил Никитин. Место совещания находилось на опушке. Был вынесен стол, и на нем растленна карта, которую сейчас изучал комполка вместе с Тарасовым.

– Товарищ подполковник, шанс исполнить приказ есть только в одном случае, это если воспользоваться трофейным мессером.

Мощная радиостанция на истребителе и собранная стационарная, плюс фактическая незаметность среди своих сородичей дает возможность выполнить приказ. Я согласен лететь, более того я требую чтобы отправили меня. На данный момент на аэродроме нет пилота знающего «худого» лучше меня.

В глазах Никитина появилась надежда пополам с радостью.

– Черт возьми Суворов… Спасибо, лейтенант.

Немедленно началась подготовка к вылету, истребитель заправлялся не только горючим, но и боезапасом.

Настраивались на отдельную волну станции. В кабине сидел инженер с длинной отверткой и постоянно что-то бормотал в микрофон, все были заняты делом.

– Вот тут прорыв, пролетаешь, осматриваешься, докладываешь. Наступление началось три часа назад, связь сразу была потерянна, видимо это работа немецких диверсантов в наших тылах. Так что нам кровь из носу надо знать что там происходит. Отправленные делегаты связи и курьеры не вернулись.

Я изучал карту, до места прорыва нужно лететь почти сто километров, далековато от нас.

Прикинув примерный маршрут, я стал запоминать ориентиры, как мне сообщили, что самолет готов.

– Давай Суворов, мы надеемся на тебя, – хлопнув меня по плечу, сказал Никитин.

Вперевалочку я подошел к крылу и с помощью пары механиков, готовивших самолет к вылету, забрался в кабину.

– От винта! – крикнул я запуская мотор.

– Есть от винта, – отскочив в сторону механик махнул рукой.