История жены Дьявола

Напротив дома, в котором они живут, есть круглосуточный супермаркет, программа распознаёт ее лицо, каждый раз, когда она приходит туда. Она способна найти кого угодно при желании. И скрыть при правильном использовании. Я готов продать себя и свою программу в обмен на своего сына. Мне кажется, хорошее предложение? Нет?

— как твоя программа поможет моей семье?

— я буду отслеживать всех твоих врагов и террористов, скрою твою семью от всех сети, сотру их лица из памяти интернета, разработаю лучшую защиту твоего дома. У тебя сейчас нет людей способных на это.

— Эйн, ты можешь в любой момент развернуть своё Око против моей семьи, я уже проходил через это. Зачем мне это нужно? Рисковать так?

— Ты знаешь, что у меня есть сын, это все меняет, он такая же моя слабость, как и твои дети, Лука, и твоя жена. Я знаю, что твоя женщина ждёт ребенка. Это чудесно. Так давай, ради них, вычеркнем все старое и попробуем глотнуть свежего воздуха в новой жизни? Попробуем хотя бы пожить нормальной жизнью?

— Мне нужны гарантии.

— продажи моей души Дьяволу не достаточно?

Я показываю своему парню жестом, чтобы он привёл мальчика, который все это время играл в машине. Эйн сглатывает, начиная нервничать.

Огромный амбал с коротким ёжиком и шеей чуть уже плеч за ручку держит худенького мальчика с кучерявой шевелюрой, который держит плюшевого динозавра. Мы купили ему вещи, те в которых он приехал никуда не годились.

Он шмыгает носом и кусает губы от страха. Его подводят к столу к Эйну, передавая ручку отцу, но тот ее прячет, вцепляясь в свою игрушку. Он смотрит глазищами на Эйна на его волосы, чувствуя что-то не досягаемое нами.

— Его зовут Левон. — говорю я. — Очаровательный мальчишка.

Эйн ничего не говорит, подхватывает пацана и усаживает к себе на руки, между ними образуется связь."

"— Я отдам тебе его, когда ты покажешь мне, на что способна твоя программа и убедишь, что она нужна мне.

Глава 22

Три месяца спустя.

Бирюзовая морская гладь с пенистыми волнами, плавно накатывающими на скалы, со всеми разноцветными домами и черепичными крышами, благоухающими зелёными садами приводили меня в детский восторг. Архитектура, такая простая и одновременно с этим помпезная, олицетворяющая роскошь прибрежной жизни подталкивали меня к романтическим порывам. Мне постоянно хотелось петь или писать четверостишия.