История нового имени

Мы шли, выкрикивая имя Мелины. Антонио плохо выглядел: щеки ввалились, под глазами залегли круги. Я взяла его за руку, просто чтобы поддержать, но он оттолкнул меня и крикнул: «Оставь меня, ты даже не женщина!» Внутри у меня словно что-то лопнуло, причинив острую боль, и как раз в этот миг мы увидели Мелину. Она сидела в пруду и умывалась. Из подернутой ряской водной глади выступала только ее голова. Волосы у нее намокли и растрепались, глаза покраснели, рот был в грязи, на лицо налип зеленый листок. Она молчала, что было довольно странно, поскольку последние лет десять она постоянно либо напевала, либо что-то бормотала.

Мы повели ее домой. Антонио поддерживал ее с одной стороны, я – с другой. Увидев нас, соседи обрадовались, стали подходить к Мелине и здороваться с ней за руку. У ворот я увидела Лилу, которая не участвовала в поисках. Должно быть, в новый район новость долетела нескоро. Я знала, что когда-то Лила была очень привязана к Мелине, но сейчас, когда все дружно приветствовали ее возвращение (Ада с криком «Мама!» бросилась ей на шею, а Стефано остановил машину посреди дороги и сидел на водительском сиденье со счастливым видом человека, ожидавшего печальных новостей, а получившего добрые), Лила стояла в стороне с очень странным выражением лица, которое я не берусь описать.

Наверняка ее тронул жалкий вид сумасшедшей вдовы – та шла грязная, взлохмаченная, в испачканной мокрой одежде, под которой проступало тощее тело. На губах Мелины играла растерянная улыбка, и она протягивала руку, здороваясь с соседями. Но дело было не только в жалости. Мне показалось, что Лила испугалась, как будто и у нее в душе в этот миг что-то сломалось. Я кивнула ей, но она не ответила. Я передала Мелину Аде и побежала к подруге. Мне хотелось рассказать ей о том, что случилось с синьорой Оливьеро, и поделиться ужасными словами, которые сказал мне Антонио. Но Лилу я не нашла – на улице ее уже не было.

21

Когда мы в следующий раз увиделись с Лилой, я сразу поняла, что ей паршиво и она лезет из кожи вон, чтобы так же паршиво стало и мне.

Мы провели у нее все утро, старательно делая вид, что нам весело. Она заставила меня мерять свои тряпки, хотя они совершенно мне не шли. Игра в примерку обернулась сущим наказанием. Лила была выше меня ростом и стройнее, и на мне ее наряды смотрелись нелепо. Но она не желала этого признавать и уверяла меня, что все это ерунда, достаточно чуть-чуть расставить и укоротить, и все будет отлично.