История нового имени

 – Что ты творишь, сука ты, сука! Ты хуже матери, ничего не соображаешь!

Ада бежала к Джильоле и жаловалась ей:

– Мой брат сошел с ума, он хочет меня убить!

Однажды вечером Микеле вызвал Антонио и сказал, что надолго отправляет его в Германию. Тот не стал спорить и быстро собрался. Он уехал, не попрощавшись ни с матерью, ни с сестрой. Он не сомневался, что в чужой стране, где люди разговаривают, как нацисты из кино, он быстро получит удар ножом или пулю в спину, и нисколько оттого не горевал. Лучше пусть убьют, чем смотреть, как мучаются мать и сестра, и понимать, что ничего не можешь для них сделать.

Единственным, с кем Антонио встретился перед отъездом, был Энцо. Тот был страшно занят: он спешно распродавал все свое имущество: осла, тележку, материну лавчонку, огород возле железной дороги. Часть денег он собирался отдать незамужней тетке, которая согласилась присматривать за младшими братьями и сестрами.

– А ты что? – спросил Антонио.

– Я ищу работу.

– Хочешь поменять жизнь?

– Да.

– Правильно.

– Обстоятельства вынуждают.

– А я вот никогда так не смогу.

– Глупости.

– Может, и глупости. Я вот уезжаю, когда вернусь – не знаю. Приглядывай иногда за матерью, сестрой и мелюзгой, ладно?

– Если не уеду, пригляжу.

– Мы ошиблись, Энцо. Не надо было Лину домой возвращать.

– Может, и ошиблись.

– Теперь такая каша заварилась, уже не знаешь, что с ней делать.

– И то верно.

– Ну пока.

– Пока.

Они даже руки друг другу не пожали. Антонио добрался до пьяцца Гарибальди и сел на поезд.

111

После отъезда Антонио Ада и Джильола стали неразлучны.