История нового имени

Он замахнулся для нового удара, но она повернулась к нему с ножом в руке.

– Только тронь меня, – сказала она. – Я прирежу тебя, как прирезали твоего отца.

Стефано остановился. Напоминание о судьбе отца выбило его из колеи.

– Ну убей, – пробормотал он. – И вообще делай что хочешь.

Он устало махнул рукой и зевнул во весь рот, так что на глазах выступили слезы. Он повернулся к ней спиной и раздраженно проговорил: «Уходи, уходи. Я все тебе дал, на все согласился, и вот благодарность. Я вытащил тебя из нищеты, озолотил твоего брата, отца и всю вашу дерьмовую семейку…» Присев к столу, он сжевал еще одно пирожное.

– Ты даже представить себе не можешь, как я тебя люблю, – с порога крикнул он.

Лила положила нож в раковину. «Он не верит, что я ухожу, – думала она. – Скажи я ему, что у меня есть другой, он все равно не поверит». Тем не менее она собралась с духом и направилась в спальню, чтобы рассказать мужу о Нино и признаться, что она ждет от него ребенка. Но Стефано уже спал.

89

Стефано проспал целый день. Когда он проснулся и обнаружил, что жены нет, он сделал вид, что ничего не произошло. Эта привычка осталась у него с детства, когда отец одним своим видом ввергал его в ужас; с тех самых пор он научился нацеплять на лицо свою знаменитую полуулыбку и двигаться словно в замедленном ритме, отстраняясь от окружающего мира; это помогало ему преодолевать и страх, и горячее желание наброситься на отца и голыми руками вырвать ему сердце.

Под вечер он вышел из дома и предпринял довольно рискованный шаг: направившись к дому своей продавщицы Ады, встал у нее под окнами и несколько раз позвал ее, хотя подозревал, что она сейчас с Паскуале – или в кино, или просто гуляет. Обеспокоенная и обрадованная, Ада выглянула в окно. Она осталась сидеть дома, потому что Мелина чудила больше обычного, а Антонио опять где-то шлялся – с тех пор как он начал работать на Солара, он вечно пропадал неизвестно где.

Неприятности начались на следующий день.