Не мешайте палачу

Я не исключаю, что это может быть следствием каких-то аномалий психики, и если это так, то методика работы с ним должна быть особой. Поэтому для выполнения данного задания Павел Дмитриевич пригласил и меня тоже, чтобы я мог глазами специалиста посмотреть на Мхитарова и скорректировать, если надо, применяемую методику.

– Теперь понял, – кивнул Асатурян. – Хотите огурчика? Очень хорошо промывает организм. Я смотрю, вы все воду пьете, тоже, наверное, промываетесь?

– Да нет, – снисходительно улыбнулся Рифиниус, – просто привычка.

Без всяких лечебных целей.

Гарик догрыз свой огурец, Карл допил воду из высокой бутылки. Больше разговаривать было не о чем, и около половины второго они улеглись спать. А утром ровно в 8 часов 29 минут «Красная стрела» вползла под своды Московского вокзала в Санкт-Петербурге.

* * *Сергей Георгиевич Мальков был губернатором большой области. Разумеется, в этом регионе плацдармов не было. Есть железное правило – не гадить там, где живешь. В Москву он наведывался довольно часто по делам как служебным, так и личным, но Миша Ларкин решил, что лучше все-таки работать с ним в домашних условиях.

Да и Павел с этим согласился. У московской милиции и без Малькова хлопот хватает, с них Юрцева и маньяка достаточно. Именно поэтому Ларкин съездил следом за Президентом на родину вождя и разобрался с Шабановым там, подальше от Москвы. Вернулся, поспал денечек, набрался сил и отправился в вотчину Малькова.

Сам Сергей Георгиевич был толстым, потеющим и плешивым, на лунообразном лице холодно поблескивали голубые глазки, которые могли становиться при желании теплыми и дружелюбными, а могли метать молнии и искры.

И дети у него были удивительно похожи на папеньку: раскормленные не в меру, рыхлые, малоподвижные. Характеры, правда, у них были совсем разные. Сын заканчивал одиннадцатый класс, был неоднократным победителем республиканских олимпиад по литературе, иностранному языку и истории и собирался летом поступать в университет. С ним проблем у родителей не было. Дочь же губернатора Малькова была совсем иной, и от нее папа с мамой не видели ничего, кроме беспрерывной головной боли.

Родилась она в те годы, когда по советским экранам с триумфом гуляли фильмы об Анжелике и ее многочисленных любовниках. Не удивительно, что назвали девочку Анжеликой, это имя тогда было в моде. Но вместо сексуальной блондинки с нежными губами и точеной фигуркой Анжелика выросла в толстую, уродливую и невероятно распущенную девицу.