Истоки

Клянусь своим именем и своей жизнью.

На протяжении оставшегося дня, я сидел в своей спальне за столом, поглядывая в пустую тетрадь, обдумывая что делать.

Если отец узнает, что Кэтрин — вампир, он прекратит охоту.

Ему придется.

Я видел как он смеялся с Кэтрин, пытаясь произвести на неё впечатление историями о его детстве в Италии, и обращался с ней как со своей дочерью.

Кэтрин дала моему отцу энергию, которую я никогда в нем не видел.

Она дала моему отцу жизнь.

Но как я мог убедить его в этом, когда он настолько глубоко презирает демонов?

В то же время отец был рациональным.

Способным рассуждать логически.

Может быть, он поймет то, чему Кэтрин уже научила меня: не все вампиры — зло.

Они находятся среди нас, плачут, как люди; все, чего они хотят — обрести настоящий дом и быть любимыми.

Наконец я собрался с духом, поднялся и захлопнул тетрадь.

Это было не школьное задание, и мне не нужны были записки, чтобы говорить от сердца.

Я был готов откровенно поговорить с отцом.

В конце концом, мне было почти восемнадцать, и отец собирался оставить мне Веритас.

Я сделал глубокий вдох, спустился по винтовой лестнице, прошел через гостиную и решительно постучался в кабинет отца.

""Войдите!"" — раздался приглушенный голос отца.

Я еще не успел даже коснуться дверной ручки, когда отец сам распахнул дверь.

На нем был строгий пиджак с веточкой вербены на лацкане, но я заметил, что, вместо гладко выбритого лица, у него была щетина с проседью, а его глаза были налиты кровью и затуманены.

""Я не видел тебя прошлой ночью на балу,"" сказал отец, пропуская меня в кабинет.

""Я надеюсь, ты не был в той шумной, безразличной ко всему толпе"".

""Нет"". Я энергично замотал головой, ощущая слабую надежду.

Значило ли это, что отец больше не планирует нападений?

""Хорошо"". Отец опустился за дубовый письменный стол и захлопнул свою книгу в кожаном переплете.

Под ней я заметил сложные чертежи и диаграммы города, некоторые здания были отмечены крестиками, включая аптеку.

Огонек надежды тут же погас, ему на смену пришли холод и страх.

Отец проследил за моим взглядом.

""Как ты можешь видеть, наши планы гораздо более тщательно продуманы, чем у этой безрассудной команды пьяных и мальчишек.

К счастью, шериф Форбс и его команда остановили их, и никто из них не будет приглашен участвовать в осаде"".

Отец вздохнул и собрал пальцы вместе.

""Мы живем во времена, полные опасности и неопределенности, и это должно отражаться на твоих действиях"".