Истоки

Мы сделали сложный, но героический выбор, и мы победили.

Это — твое наследие"", — сказал Джонатан и залпом осушил стакан.

Отец кивнул и осушил свой ​​бокал, потом встал.

""Спасибо"", — сказал он и пожал ему руку.

Я видел, как двое мужчин пожали друг другу руки, а затем Джонатан скрылся в тени дома.

Через секунду я услышал, как лошади уносят его повозку.

Я подполз к краю изгороди.

Я встал с коленей и вошел в дом, который когда-то был моим.

Глава 31

Я крался по дому, испытывая досаду каждый раз, когда задевал ногой плохо закрепленную половицу или скрипящий угол.

Судя по свету в дальнем конце дома, отец ушел из гостиной и сейчас сидит в своем кабинете и, без сомнения, записывает в свой журнал историю, которую они с Джонатаном сочинили.

Я стоял в дверном проеме и некоторое время наблюдал за ним.

Его волосы были белыми, словно снег, а на руках я заметил возрастные пятна.

Несмотря на ложь, которую я слышал ранее, мое сердце стремилось к нему.

Это был человек, который не знал легкой жизни и который, похоронив жену, должен был похоронить двух сыновей.

Я сделал шаг по направлению к нему, и отец поднял голову.

— Великий Боже…, - сказал он, с грохотом роняя свою ручку на пол.

""Отец,"" — произнес я, простирая к нему руки.

Он поднялся, взгляд его был безумен.

— Все хорошо, — мягко сказал я.

— Я просто хочу поговорить с тобой.

— Ты мертв, Стефан, — медленно сказал отец, все еще изумленный моим видом.

Я потряс головой.

— Что бы ты ни думал о Дэймоне и мне, ты должен знать, что мы не предавали тебя.

Страх на лице отца внезапно обернулся яростью.

— Ты предал меня.

— Ты предал не только меня, ты предал весь город.

Ты должен быть мертв, после того как ты опозорил меня.

Я смотрел на него, и во мне закипала ярость.

""Мы умерли, а ты чувствуешь лишь стыд?"" — спросил я.

Так сказал бы Дэймон, и в некотором смысле я ощущал рядом его присутствие.

Я делал это ради него.

Я делал это ради нас, так мы, по крайней мере, умирали бы с правдой на нашей стороне.

Но отец едва ли слушал.

Вместо этого, он пристально смотрел на меня.

— Ты теперь один из них.

— Верно, Стефан? спросил отец, медленно отступая назад, словно я собирался наброситься на него.

""Нет.

Нет.

Я никогда не буду одним из них.""

Я покачал головой, надеясь, что отец поверит мне.

""Но ты уже один из них.

Я видел, как ты истекаешь кровью, и слышал твой последний вздох.

Я оставил тебя умирать.

А теперь я вижу тебя здесь.