Истинный маг (СИ)

Она хотела убежать от правды, от Чарли, хотела домой. Боже, как она хотела домой! Запереться в своей квартире на шестом этаже и почувствовать себя в безопасности, почувствовать себя в одиночестве. Здесь, в Аду, эмоции оголены, каждое слово воспринимается остро, отказ, пренебрежение – как укол кинжалом. Потребовалось столько сил, мужества, терпения, чтобы заслужить возможность увидеть ее, и вместо так желанной награды он был высмеял прилюдно. И больше обратиться было не к кому. Он остался один умирать на этой войне, и выжил лишь благодаря желанию отомстить.

Остановиться пришлось на берегу ручейка в небольшой роще, она бежала бы дальше, но внутри все горело и нестерпимо жгло, колени тряслись. Совершенно обессилев, Алис опустилась на землю, подобрав ноги и тяжело дыша. Она смотрела на текущую воду, не чувствуя жара на коже, после длительной пробежки, легкие пылали, но сейчас это не имело значения. Слезы медленно катились по щекам.

Случившееся невозможно исправить или изменить, хочется лишь вырвать сердце из груди, провалиться сквозь землю, чтобы избавить себя от от беспомощной ярости, несправедливости, с которой ей и Чарли пришлось столкнуться.

Алис не знала, сколько просидела на поляне, не заметила, как начало смеркаться. Слезы иссякли уже давно, и она невидящими глазами смотрела перед собой, вспоминая детали, намеки.

Чарли подошел практически бесшумно, он надел ей на плечи свою куртку, сел рядом и принялся кидать камешки в воду. Они просидели еще около часа, не глядя друг на друга и молча.

- Поэтому Алик так отнесся ко мне? Потому что я отказалась поддержать его командира?

Чарли кивнул, продолжая смотреть на воду. В ее голове вновь и вновь прокручивались слова и брезгливые взгляды шамана. «Набади» - женщина, предавшая своего мужчину, хуже, чем шлюха.

- Альберт?

- Только потому, что руководил моими пытками. Кроме него здесь больше никто не знает.

Опять повисла тишина.

- Ты ошибаешься, - он сел рядом, и она почувствовала, как теплые потоки воздуха касаются ее кожи.

Алис вспоминала, как Чарли отшатывался каждый раз, когда она пыталась погладить его, кривил лицо при намеках на близость.

- Тебе не обязательно так сильно заботиться обо мне.

Он молчал и не двигался.

- Теперь мне понятно и твое поведение, и отношение ко мне. Каждая мелочь, взгляд, шутка, намек – я переоцениваю каждый день последних недель, понимаешь, я, чувствую, что прозрела.