Истинная с проклятием. Во власти искусителя

Они уничтожали кланы один за другим, пока в живых не осталось лишь два клана. Их вожди объединили кланы вместе. Они каждый день и каждую ночь молились Великому духу о спасении. И их молитвы были услышаны. Великий дух наделил индейцев возможностью обретать облик пум. Они нарекли себя Нагвалами. Одни в этом облике защищали кланы ночью, а другие — днем.

— Черные и белые пумы, — задумчиво сказала я сама себе.

— Да, — подтвердила мама. — С новыми звериными силами им удавалось противостоять монстрам, желающим их изничтожить.

Но даже теперь они несли потери. И тогда Великий дух понял, что лишь этой силы недостаточно, и наделил каждую пуму способностью. Одни могли бегать быстрее ветра, как твой отец. Другие, как я, распределяли жизненные силы между кланом, чтобы не давать самым слабым погибнуть в трудный момент. Были и другие способности: поражать противника молниями, огнем, читать их мысли… В совокупности все дарованные силы помогли справиться кланам с врагом. Но убить удалось не всех, двое Дьявиров сбежали, и больше их никто не видел. Кланы продолжали охранять свою территорию, хоть теперь все было спокойно. Медленно, но их жизнь вернулась в прежний ритм, а ужасы войны с Дьявирами стали забываться. И тогда начались распри между кланами. Вожди стали спорить, чей клан сильнее, и кто из вождей станет главным. Споры довели до войны, жестокой и беспощадной. Лишь один воин понял, что им незачем биться. Что силы почти равны, и война доведет их лишь до полного вымирания. И тогда воин использовал свой дар искажения мыслей против своих собратьев ради их же блага, ради их жизней. Под действием его чар вожди пришли к перемирию. Они придумали свод правил, которому кланы должны были следовать, чтобы блюсти границы и больше никогда не доходить до убийства друг друга. Определив владения каждого клана, они разошлись. Но Великий дух был так разгневан тем, что кланы переступили черту и использовали свои силы против друг друга, что наслал на них проклятие, чтобы они больше никогда не воссоединились, даже если пожелают того. "

"— Не понимаю, — сказала я, когда мама закончила свой рассказ. — Дьявиры высасывали душу, а не жизненные силы. Разве без души тело не будет жить?

— Отчасти, ты права, — ответил отец. — Если Дьявир не успевал высосать душу до конца, то человек оставался жив, хотя чувства его становились не как прежде. Но потеряв душу полностью, тело тоже погибало, потому что пропадало чувство необходимости существования.