Истинная для проклятых

Киска давно сочилась влагой и требовала прикоснуться к ней, и, словно чувствуя это, Александр Викторович продолжал тереться своей эрекцией о шов моих джинсов.

Я попыталась всё же отпихнуть его, уперлась ладонями в твердую грудь, но только комкала тонкую ткань, наслаждаясь ощущением шелка и трепеща оттого, что между моими руками и горячей кожей преподавателя такая хлипкая преграда.

– Раздвинь ноги! – скомандовал он резко, и я безвольно подчинилась, широко расставив ноги.

– Послушная девочка, – рыкнул он довольно мне в рот.

Одна его рука мяла мой зад через джинсы, а второй он продолжал агрессивно ласкать мои болезненно возбужденные соски, вертя их между пальцами.

Бедрами он ударялся мне в промежность, четко демонстрируя, что сделает со мной, когда мы окажемся без одежды. А что это случится, я уже не сомневалась. Вся эта ненужная экскурсия была лишь предлогом, а досужие разговоры – только прелюдией к тому, чего мы так оба хотели.

– Какая отзывчивая крошка, – прошептал он мне в губы, прикусывая нижнюю и втягивая в свой рот, а потом отпуская, оставляя болезненный след и одновременно острое наслаждение.

Он подул на горячую кожу губ, а потом лизнул их, нацеливаясь на то, чтобы я ощутила полный спектр контрастных ласк. Он то лизал губы, то кусал их, но кроме того первого жадного поцелуя не давал мне насладиться в полной мере его губами, изводя такой тактикой и заставляя меня жаждать большего.

То же самое издевательство он проделал с моими сосками, оставив их в покое и теребя уже через ткань.

Нельзя было сказать, что мы занимались сексом, но если убрать покровы одежды, то именно это и происходило. Он полностью имитировал проникновение в меня, размашисто двигаясь бедрами между моих ног и толкаясь бугром через слои джинсов прямо в центр моего удовольствия.

– Давай, малышка, кончи для меня, ты уже близка, – настаивал он, отлично чувствуя мое состояние, которое при всем желании я не могла скрыть. Держась за его плечи, я двигалась с ним в унисон, раскрывшись ему целиком и позволяя нашим телам сталкиваться и отдаляться, чтобы снова врезаться друг в друга до высекания искр.