Испытательный срок

Тебе придется возвращаться в Майами?

— От случая к случаю.

— Не насовсем?

— Там достаточно мастеров по ремонту яхт.

Данк усмехнулся, сделал глоток кофе, закрыл глаза и подставил лицо холодному ветру.

— Запах моря?

— Да.

Он протянул Бет сложенный контракт и подождал, пока та не развернет его. Элизабет прочитала документ и подняла недоуменный взгляд.

— Это арендный договор на какое-то помещение…

— Да, в Бостоне.

— Не понимаю…

— Я тоже не понимал. Для этого понадобилось не несколько дней, а несколько недель.

— И ты согласился бы расстаться с Кейп-Нордом?

— Последнее средство отчаявшегося человека. Я долго думал, прежде чем снять помещение под мастерскую. Но оказалось, что другого выхода нет. Иначе мне пришлось бы перевезти свои пилы и станки в библиотеку моего старика, а квартира в центре Бостона — не лучшее место для опилок…

— Ты сделал это ради меня?

— Я мог бы спросить тебя о том же.

— Я бы ответила «да»…

— Значит, ты остаешься здесь, и не будешь продавать станцию?

— Задолго до того, как ты пришел сюда, я знала, что буду изнывать от тоски по этому месту. Я не хотела любить его.

— Как я тебя понимаю… Но ты любишь его, Бет.

— Станция стала такой же частью меня, как братья Хаммелы, песчаные дюны, семья Шона Мак-Глоски и мыс Мэн с его дикими гусями.

— Это не так уж плохо.

— Я не могу уйти отсюда. Так же, как не могу уйти от тебя.

Кричали чайки, в промежутках между ангарами завывал ветер. Данк поцеловал ее.

— Я здесь. Ты здесь. У нас есть и время как следует поработать, и самое подходящее для этого место.

— Рискованный бизнес, — пробормотала она.

— Это не так уж страшно, если кто-то, кого ты любишь, всегда будет рядом и не отстанет от тебя ни на шаг.

Косяк диких гусей устремился к ближайшему болоту. Нет, они далеко не улетят. Они обязательно вернутся.

— Как будто это они принесли меня!

— Полный круг. Отсюда в мир и обратно — к жизни с теми, кто не может без тебя обойтись.

— Па решил бы, что ошибся во мне.

— Нет. Чак Менсон обязательно понял бы, что его младшенькая дала волю своему сердцу, — только и успел вымолвить Данк, перед тем как их губы слились в поцелуе.