Испытания. Земли Ордена

Лучшие блюда города Пяти ветров, лучшие вина и самый дорогой чай Пятого пояса уже ждут вас там, уважаемые гости. Не чай, а наслаждение, глава Ирал! Прошу, дайте главе Вартолу немного времени, — снова склонился в поклоне старик, — он побудет с сыном и лично появится, чтобы просить прощения за свои слова, старший Ирал.

Седой, всё ещё настороженный, повернул ко мне голову и спросил:

— Молодой глава?

Я, пытаясь уговорить себя, что всего лишь с Седым не стоит начинать разносить город, не успел ему ответить, как у меня в голове прозвучала ещё одна мыслеречь:

— Глава Ирал, глава Знающих Сломанного Клинка приветствует вас ближе.

Озман.

Я, медленно выдохнув, сказал Седому:

— Не интересует. Мы уходим.

И толкнул обратно ответ мыслеречью:

— Приветствую тебя, Озман.

— Глава, когда-то вы обронили, что семье Морлан не помешает новый глава.

Вообще-то, не обронил, а пообещал, причём самому Озману, что во главе Морлан станет он или его отец.

Ощутил, как разболелась голова.

Просто убить, стоя в сердце главного города Морлан?

Конечно, нет. Мне с избытком хватит на это силы, но я не могу себе этого позволить.

Печать с отложенной смертью?

Как-то я легко стал относиться к использованию Указов.

Нет, нужно что-то другое. Думать нужно.

— Господин! Старший Аранви! Молодая госпожа! Прошу, умоляю дать моему главе Вартолу возможность принести извинения! — суетился сбоку старик, которого, наверное, звали Харалом.

Седой почесал щеку и буркнул:

— Тебе же ясно сказали — мы уходим. У молодого главы куча незаконченных дел в Истоке.

— Глава, те слова. Вы ещё так думаете? — напомнил о себе Озман.

Я твёрдо ответил ему:

— Главой Морлан должен стать ты или твой отец.

— Спасибо за доверие, глава.

Пусть Озман сдерживался, но я ощутил, с какой радостью он это сказал. И дело не только в обещании, но и в награде за работу. Пока мы добывали Ключ, Озман много месяцев водил за нос людей из Эрзум и Вилор, придумывая для пойманных и освобождённых от печатей шпионов сообщения о том, как у бывших орденцев всё плохо и как они рады, что бросили Орден.