Испытание

Что-то изменило её организм, и я должна узнать, что это такое. Это важно не только для наших изысканий. Это важно для всего мира. Для всей науки. Вы понимаете, что будет, если мы сможем лечить всех бесплодных женщин? Вы знаете, как это важно? Это же наука! — прохрипела Ширли, глядя на директора фанатичным взглядом.

— Да наплевать мне на твою науку! — рявкнул в ответ директор. — Вы отстраняетесь от работы до конца расследования. Ваш допуск в лабораторию аннулируется. С сегодняшнего дня вы находитесь под домашним арестом.

Любая попытка покинуть дом без уважительной причины будет рассматриваться как попытка к бегству и создание опасности по разглашению государственной тайны. Пресекаться ваши действия будут самым жёстким образом, вплоть до применения оружия. Работать вы будете только в своём кабинете в присутствии охраны. Уведите, — жёстко приказал директор, и Ширли почувствовала, как её просто уносят из приёмной.

Проводив эту странную процессию долгим взглядом, директор вздохнул и, повернувшись к секретарше, устало попросил:

— Сварите мне, пожалуйста, кофе, Менди.

— Конечно, шеф, — кивнула она и, легко поднявшись, принялась колдовать над аппаратом.

Внеся поднос в кабинет, она ловко поставила чашку перед директором и, помолчав, спросила:"

"— Шеф, при всём моём к вам уважении, может, вам стоит просто заменить её? Слишком много проблем с этой заносчивой стервой. На неё даже Араб жаловался. А уж он способен даже со змеёй общий язык найти.

— Это точно. Его терпению я иногда даже завидую, — криво усмехнулся Сторм, отпивая кофе.

 — Вся проблема в том, что эта стерва — лучшая в своей области. Есть у меня на примете ещё один парень. Полный ботаник, но в этих делах ей почти не уступает. Возможно, если она не угомонится, я и привлеку к работе его.

— Боюсь, шеф, вам пора сделать это сейчас. Скажу откровенно. У меня сложилось стойкое убеждение, что она действует из личных мотивов. Не знаю уж, чем ей так насолила наша Салли, но с момента возвращения группы Макгрегор только и делает, что роется в её файлах.

Всё перевернула. Даже медицинскую карту выцарапала. Всё это время она не столько работала, сколько бегала к вам с жалобами на всех подряд.

— Знаю, Менди, знаю. Надеюсь, у тебя в этом деле нет личных интересов? — неожиданно спросил директор, повернувшись к своему проверенному секретарю.

— Нет, шеф, — спокойно улыбнулась Менди. — Араб, конечно, интересный мужчина, но, на мой вкус, несколько жестковат.

— Вы что, варить его собираетесь? — не понял директор.