Исповедь

Теперь ее дыхание было достаточно громким.

– Сними их, – сказал я, дернув подбородком вниз, на свои черные боксеры. Поппи нетерпеливо стянула их вниз по бедрам, и я застонал, когда мой эрегированный член наконец оказался на свободе.

Она прижалась мягкими красными губами к шелковистой коже члена.

– Позволь мне отсосать у тебя, – выдохнула она, подняв на меня глаза. – Позволь доставить тебе удовольствие.

Я провел большим пальцем по ее нижней губе, оттянув ее вниз, чтобы шире раскрыть ей рот.

– Не двигайся, – приказал я ей, а затем направил член в ее ждущий рот.

Святое дерьмо.

Мать твою, какое блаженство.

Прошло не так много времени с той субботы, но все же я забыл, что рот этой женщины был подобен воротам в рай, теплым и влажным, с этим порхающим языком, ласкающим мой возбужденный член.

Я запустил руки в ее волосы, растрепав очаровательную укладку, а затем медленно отстранился, наслаждаясь каждой секундой, пока ее губы и язык касались моей кожи. А затем я скользнул внутрь снова, на этот раз менее нежно, мой взгляд метался от ее губ к каблукам, к тому, как ее рука обводила клитор, пока я медленно трахал ее рот.

Поппи смотрела мне прямо в глаза из-под своих длинных темных ресниц, и я вспомнил о всех тех моментах, когда они чертовски отвлекали меня, и сколько раз я мечтал о том, чтобы оттрахать ее до потери сознания (а потом отшлепать ее сладкую попку за то, что она сводила меня с ума).

Я крепче вцепился ей в волосы. Мне хотелось взять ее более грубо, увидеть слезы в ее глазах, вколачиваться в нее, пока не достиг бы того момента, когда смог бы едва сдерживаться, чтобы не выстрелить ей в горло.

– Готова? – прошептал я, по-прежнему желая соблюдать осторожность и получить согласие.

А затем она раздраженно застонала, как будто злилась, что я снова спрашиваю.

– Плохой ягненок, – сказал я и с силой толкнулся ей в рот. Я слышал, как она начала давиться, когда мой ствол уткнулся в заднюю стенку ее горла, но я дал ей всего минуту, прежде чем толкнулся снова и еще раз.

– Тебе нравится быть плохой? Нравится, когда я наказываю тебя?

Ей удалось кивнуть, она смотрела на меня слезящимися глазами с таким честным, не вызывающим сомнения взглядом, и я знал, что это правда.

– Ты сведешь меня с ума, – выругался я.