Испорченный

Я поворачиваюсь посмотреть, пораженный видом хрупкой газели рядом с водной поверхностью. Она заметно дрожит, и эти большие оживленные глаза улыбаются с веселым изумлением.

Я откашливаюсь, молясь, чтобы, когда я, наконец, наберусь смелости открыть рот, это были настоящие слова и звуки.

— Пожалуй, вашу заявку лучше адресовать на кухню, миссис Карр.

Целиком поглощенный другими (запретными) частями ее тела, я даже не замечаю у нее в руках ложку и небольшую тарелку с мороженым.

— Да, но это какое-то обезжиренное дерьмо из соевого молока, которое на вкус как детские какашки, — отвечает она, морща нос с веснушками.

Я позволяю себе сделать несколько шагов к ней. Я заслужил их. Я был хорошим парнем... вроде.

— И ты знаешь, каковы на вкус детские какашки? — спрашиваю я, скептично приподнимая бровь.

— Ну, разумеется, я не знаю. Но на основе того, как это пахнет, я могу сказать, что это мороженое чертовски близко к этому, — она ставит тарелку рядом с собой, после чего корчит ей последнюю пристыжающую гримасу.

"— Да, мы стараемся изо всех сил, миссис Карр, — отвечаю я с непроницаемым лицом, хотя мой голос полон удивления.

Эллисон закатывает глаза и качает головой, ее темно-рыжие волосы касаются голых плеч.

— Я говорила вам — не называйте меня миссис Карр. Я не заинтересована в поедании своих детенышей, как и в уходе за ними, пока они не повзрослеют, чтобы платить налоги, — она удерживает ноги на поверхности воды и наблюдает, как шевелит своими пальцами.

— Что вы имеете в виду? — я делаю несколько шагов ближе, хмурясь.

— Я имею в виду, вы всегда будете так упорны с нами? — прежде чем я успеваю собраться, ее взгляд встречается с моим, проникая через мой невозмутимый фасад. — Вы будете... нас так касаться? Говорить нам все эти вещи?

— Все физические контакты специально указаны в контрактах, миссис Ка.

Я даже не замечаю, как близко мы сейчас, как будто приливы и отливы нашего хлорированного моря каким-то образом подталкивают нас друг к другу.