Искушение герцога

— Взглядом она дала Розмари понять, что им пора идти.

— И вам всего доброго, мисс, — крикнул ей вдогонку хозяин. — Приходите снова навестить Тома! — Он бросил сердитый взгляд на Хантера и ласково погладил своего зверька, который сосредоточенно расправлялся с орехом.

Хантер проследил взглядом за леди Грейс, которая вознамерилась, похоже, раствориться в толпе, даже не поблагодарив его за то, что он избавил ее от этой чертовой обезьяны. Тихонько выругавшись, он забрал свои букеты и устремился вдогонку за девушкой и ее служанкой.

Глава одиннадцатая

— Давайте идти помедленнее, — проговорила Розмари, запыхавшись. — Для здоровья вредно вот так бежать все время.

Грейс не стала слушать жалобы своей спутницы: голова у нее шла крутом, а сердце стучало, как молот. Она не могла поверить в произошедшее. Хантер, выходит, следил за ними? А тут еще обезьянка — ну, можно ли попасть в более унизительное положение?

— Если хотите купить ананасы, надо торопиться. В такое время может уже ничего не остаться.

— Торопимся, да? — произнес Хантер с непринужденной улыбкой.

"«Ах, как он красив, негодяй! И очень опасен», — думала Грейс, угадывая под одеждой стальные мускулы. Он настолько возвышался над ней и Розмари, что ростом должен быть чуть больше шести футов[6]. Но больше всего Грейс нравились его глаза — светло-карие, а при ярком солнечном свете напоминавшие цветом тот кусок янтаря, что пылился в библиотеке Фретуэлл-холла.

— Мне показалось разумным уйти раньше, чем зверек съест мою шляпу целиком, — сказала Грейс, стараясь показать, что она подходит к происшедшему с точки зрения здравого смысла и при этом с юмором.

Розмари недоумевающе взглянула на госпожу, но ничего не сказала. Грейс не рассердилась на нее: собственный голос прозвучал как-то странно даже для нее самой.

— Простите, что не сумела вас должным образом поблагодарить, — продолжала она. — Мне не хотелось быть неучтивой, но нам еще нужно успеть сегодня нанести несколько визитов.

Легкий ветерок играл небрежно подрезанными прядями волос герцога, достававшими до подбородка. Они были черными как вороново крыло, без малейшего намека на седину.