Искушение майора. Останься моей

Извини, пап, на самом деле мама меня очень хорошо воспитала, но когда у человека такой отец, хочется делать что угодно, дабы разозлить его еще больше.

– Хотела посмотреть в глаза мужчине, который ни черта не знает о человечности.

И теперь я реально затыкаюсь, потому что вижу, как вздувается венка на шее отца, как его руки сжимаются в кулаки. Интересно, за что он меня так ненавидит? И, судя по тому, что брат постоянно попрошайничал, и его тоже отец не особо любит.

Кхм, фиг знает, что в голове этого человека.

И вместо сердца кусочек дерьма или что-то подобное. Да простит меня бог за такие слова в адрес своего отца, но я его ненавижу даже больше, чем он меня.

– Я тебе язык оторву, если ты не замолчишь, – это тот мужчина, который заставил меня спуститься сюда. – Молчи. Просто молчи.

– Я это не умею, – пожимаю плечами. – Ладно, пап. Давай ближе к делу.

Так нагло я себя еще никогда не вела. Никогда и нигде.

От слова «папа» лицо отца краснеет. Он дышит часто – могу поспорить, что он еле сдерживается, чтобы не придушить меня прямо здесь и сейчас.

– Завтра же поедешь к врачу. Избавишься от этого отпрыска, – он кивает на мой живот.

А я нервно сглатываю, обнимая себя за плечи. Доигралась.

– Что? – ржет. – Попросил же по-хорошему заткнуться. А ты мозги мне тут сносишь! – мой папаша, довольный такой, откидывается на спинку дивана, смотрит на меня и хохочет.

А мне противно становится. Вот за что мне такой отец, Господи? Лучше бы он умер, и я бы его не видела и не знала, как он меня ненавидит.

Жила бы себе спокойно и счастливо. Если бы не они с братом, я была бы с Тимофеем! Хотя о чем это я? Тогда Тима в моей жизни вообще не было бы. Наверное… Нет, я верю в судьбу! Мы в любом случае встретились бы!

Какие-то глупые мысли в голову приходят… Что со мной происходит? Завтра этот гад меня на аборт повезет, а я черт знает о чем думаю.

– Ты не посмеешь… Он тебя уничтожит… – бормочу невнятно, хоть и стараюсь выглядеть сильной и храброй.

Не хочу, чтобы он почувствовал мой страх.

Мерзкий холодок пробирается в грудь, и дышать становится трудно.

– Попробовать хочешь? – выгибает вопросительно бровь. Наливает еще одну порцию спиртного в стакан и снова пьет залпом. Он алкаш, что ли? – Рамиль, ты понял, чем завтра займешься?

Рамиль, значит, этого мужика зовут. Он лишь кивает, а потом все свое внимание уделяет мне. Буквально сверлит взглядом, скрестив руки на груди. Вообще, он мне каким-то странным кажется.