Искры огня

Он обвел нас изможденным взглядом, и я словно впервые увидела, что Терран Аквидус уже очень стар. Усталый, пожилой человек, поставленный перед непростым выбором. Что бы я сама делала, окажись на его месте? Как я могу его осуждать?

– Я понимаю, – снова сказала я. – Вы просто пытались разбудить во мне магию… Думаю, полипис на Турнире тоже часть плана? А кто-то еще знает обо всем этом?

Я начертила рукой неопределенный круг, пытаясь вместить в него и грозящее нам бедствие, и отчаянные действия директора, и мои видения.

– Пока только мы с вами. Некоторые, как твой отец, Кора, и твой, Ран, думают, что это всего лишь попытка помочь пустышке обрести магию… Кстати, знаешь, Кора, какую теорию предложил Кристер насчет пустышек?

– Нет…

Директор открыл «Устав Академии» на первой странице и стал читать:

– «Никто не знает, как мы получили свой дар. Но знаем, что он дан нам для защиты людей от тварей, что мы зовем бестиями. Не следует ли предположить, что те, кого мы ошибочно зовем бездарниками, на самом деле обладают большими возможностями и силами? Вот только силы их спят, пока в них нет нужды.

– Да, – прошептала я, потрясенная.

Может ли такое быть, что пустышки на самом деле сильнее всех других магов? И почему тогда в ком-то все же можно пробудить хотя бы одну стихию, а в ком-то нет? У меня не было ответов на все эти вопросы. Я, как и директор Аквидус, брела в темноте…

Терран Аквидус устало откинулся на спинку кресла, словно совершив тяжелую работу.

– Теперь вы знаете. Кора, ты смелая, сильная, замечательная девочка. И мне жаль, что все было напрасно…

– Но я знаю, как можно разбудить магию! – крикнула я.

Директор вновь подался вперед, на его лице появилась слабая надежда, которая по мере моего рассказа постепенно гасла.

– Кора… Я знаю, ты хочешь верить. Я и сам хочу этого больше всего! Но подумай, как это можно применить на практике? Простить предателя? Заключить союз с врагом? А последнее условие – это, хм… Еще только жертвоприношений нам здесь не хватало.

Терран Аквидус развел руками. А потом медленно поднялся на ноги, давая понять, что разговор окончен.

– Пришло время рассказать всем, – сказал он. – Дольше тянуть нельзя.