Искры огня

"

"– Да, я понимаю… Наверное, отец будет очень гордиться тобой, когда ты выйдешь в финал, одолеешь бестию и станешь одним из победителей, – осторожно перевела я разговор. Мне совсем не хотелось говорить сейчас о сложностях, которые ждут впереди, – хотелось помечтать. В победе своего друга я совершенно не сомневалась. И как хорошо, что победителей Турнира будет несколько! Может быть, мы вместе с ним будем стоять на пьедестале, сжимая кубок. О том, каким волшебным образом я сумею одолеть бестию, я тоже предпочитала не задумываться.

– Отец будет гордиться, – согласился Ран, попавшись все же на закинутую мной удочку, задумался, и лицо его вдруг озарилось нежностью. – И мама тоже. Она что-то уже грандиозное готовит в честь моей победы, хотя я просил не забегать вперед. Но она так во мне уверена…

– И я в тебе уверена, – прошептала я, коснувшись его руки.

Ран осторожно сжал мои пальцы.

– Я в тебе тоже не сомневаюсь, Корюшка.

И вот я стою напротив Мориса – третьекурсника, который смотрит на меня, как кошка на мышь, и ухмыляется, поигрывая мечом.

Меч вздрагивает в моих руках, я делаю шаг назад, моргаю, будто пытаюсь удержаться от слез. Трибуны за моей спиной взрываются криками негодования: еще не прозвучал сигнал к бою, а соперник уже готов бежать!

– Нет, Кора! – кричит Вита, я различаю ее звонкий голос в хоре других голосов.

– Не бойся, пустышечка, – шепчет Морис, оскаливаясь в нехорошей улыбке. Соперникам запрещено разговаривать перед боем, но он, видно, решил закрепить успех и окончательно подорвать мой боевой дух. – Я тебя не стану до смерти убивать.

Еще бы ты меня до смерти убил, деревянным-то мечом! Я понимаю, что совсем его не боюсь, даже готова рассмеяться, но он не должен раскусить моей игры, поэтому я делаю еще один шаг назад и жалобно смотрю на него.

Он кинулся на меня в тот же миг, когда затрубили трубы. Он думал, что это будет легкая победа. Но я его удивила, в одну секунду преобразившись из испуганной первокурсницы в воина. Надеюсь, что выглядело это эффектно. Во всяком случае, огневики на трибунах взвыли от восторга.